Читаем Кровавый снег полностью

– Отличная идея. Тогда уж не забудьте обувь и чулки. Оставшись одна. Марта начала раздеваться. Когда на ней не осталось ничего, кроме трусиков, без тени смущения стала обшаривать комнату. На безделушки и картинки она даже не взглянула. Дешевка. В углу стоял столик с двумя ящиками, в замочной скважине торчал ключ. По прежнему не обременяя себя излишней щепетильностью. Марта обследовала содержимое одного из них: почтовые карточки, бумага для писем, конверты, счета. В другом ящике сверху лежала папка с разложенной по алфавиту корреспонденцией, а под ней папки со счетами, перепиской Дени с нотариусом из Сен-Бо-на, кадастровый план Куршевеля 1550 и соседнего с ним Куршевеля 1850 и, наконец, документ, подтверждающий право на собственность, датированный декабрем прошлого года, в котором шла речь о швейцарском домике и небольшом участке земли в горах. Место было помечено на карте крестиком и, судя по всему, могло оказаться самой высокогорной постройкой на склоне Лоза.

– Странная затея, – буркнула принцесса, запихивая все обратно.

Дверь магазина открылась, и послышались быстрые мужские шаги. Собрав последние остатки стыдливости, Марта спряталась за плетеным креслом.

Занавеска всколыхнулась, пропустив незнакомца среднего роста, разглядеть которого толком она не смогла.

– Кхе, кхе, – покашляла Марта, чтобы вовремя предупредить его о своем присутствии.

– А-а-а, ты здесь. Переезд завтра вечером. Я позвоню. Не стоит здесь задерживаться. Чао!

Произнеся эти слова, человек повернулся и вышел так же быстро, как и вошел.

Выскочив из своего укрытия, Марта подбежала к занавеске и отодвинула ее. Смуглолицый, довольно молодой человек – садился в машину. Минуты через три вернулась Дени.

– Я выбрала серый костюм и норковое манто, – объявила она, открывая чемодан. – Никто не обратил на меня ни малейшего внимания. Скажите, это из-за жандармов весь сыр-бор?

– Угу… Я думаю, это продолжение вашего вчерашнего приключения.

– Правда?

– Скорее всего, но у меня нет особого желания проверять, так ли это.

– Что вы собираетесь делать? Уехать из Куршевеля незаметно сейчас вряд ли возможно. Автобусы уже не ходят, а водители такси обедают.

– Не беспокойтесь, как-нибудь выпутаюсь. До скорой встречи!

Марта уже выходила, когда Дени окликнула ее.

– Меня никто не спрашивал?

– Нет, никто.

И принцесса переулками направилась к бензоколонке у въезда в город, чтобы там перехватить Ирвина. На каком-то из перекрестков мимо нее торжественно проехал белый тандерберд, и она, конечно же, не успела подать сигнал.

– Дьявол!

– Марта чуть не лопнула от досады. Немного позднее, пронаблюдав за проезжающим грузовичком с Ирвином в кабине, она вернулась в гостиницу «Три долины» и непринужденно вошла в ресторан. Персонал застыл с открытыми ртами. Каким образом она оказалась в костюме и норковом манто?.. Элиас Жуани обедал за столиком в одиночестве.

– Вы позволите, милый друг? Бокал-другой Old crow, и вы можете бежать в жандармерию с сообщением о моем возвращении.. Жуани сделал официальное лицо.

– Простите, мадам, но я не желаю обедать в обществе соучастницы убийства.

Пощечина прозвучала, словно выстрел, и в зале воцарилась напряженная тишина. Принцесса с улыбкой подозвала Анри, который никак не мог решить, как себя вести.

– Ну что же вы, Анри? Позвоните в мутьерскую жандармерию и сообщите, что я здесь. А затем принесите мне что-нибудь, я умираю от голода. Элиас Жуани швырнул салфетку на стол и вышел.

Офицер вел допрос со всей строгостью, что, правда, не мешало Ирвину непринужденно дымить сигаретой.

– Я спрашиваю вас, что вы делали вчера между двумя и , четырьмя часами дня?

– Я прекрасно слышал ваш вопрос. Просто перед тем, как ответить, я хочу знать, почему вас это интересует. Это мое право.

– Вопросы здесь задаю я.

– Отлично. В таком случае в указанный промежуток времени я был занят тем, что спускался на лыжах с вершину Солира в компании с приятелем. Без четверти три мы должны были быть в Куршевеле 1850.

– С каким приятелем?

– Неважно. Нас могли видеть вместе десятки людей.

– Неужели?! Так вы говорите без четверти три… И что дальше?

– Дальше? Ничего. Отель, виски и тутти куанти [16]. Жандарм нахмурился.

– И все время в компании с одними и теми же приятелями?

– Нет, почему же. Один из них уехал.

– Да, да, да…

Наступила тишина. Сохраняя полное спокойствие, Ирвин не делал попыток ее нарушить.

– По правде говоря… – начал было следователь.

– По правде говоря, настало время сообщить мне, наконец, почему вы проявили ко мне подобное неуважение, подослав своих подчиненных. Такая манера обращения, как правило, свидетельствует о чем-то чрезвычайно серьезном. Если не об аресте, то, по крайней мере, о чем-то в этом роде.

– По правде говоря, – продолжил офицер, – на вас поступил донос.

– Вот как? От кого?

– Анонимный, по телефону.

Где-то в глубине сознания Ирвина забрезжила догадка.

– Анонимный.., по телефону… Послушайте, вы сами с ним разговаривали?

– Да – – Держу пари, у него было раскатистое «р» и певучий акцент.

– Верно.

– Тогда можете не заниматься его поисками. Это обычный розыгрыш, и мы оба с вами стали жертвами.