Читаем Кровавый передел полностью

Я сразу понял, что человек — не птица. Двадцатипятиметровую высоту мы с Резо-Хулио просвистели со скоростью мешка с удобрением, сваленного с борта сельхозного аэроплана — опрыскивателя полей, лугов и рек.

Водная стихия приняла нас жестко, будто мы сели на жесть. Потом провалились в странное, водное небытие — светлое, немое и прохладное. Удобный путь для ухода в мир иной. Из грязного, шумного, мерзкого мира суши.

К сожалению, у нас с Резо оставались на земной тверди кое-какие дела. Делишки. Пришлось пробиваться через Н2О к спасительному солнечному кругу. На поверхности нас ожидали буруны, пороги и проблемы — нас кружило, как щепки в талой воде. Одно радовало, что кипящий поток утаскивает нас от горы Ртутной со сторожевыми вышками, между которыми, должно быть, пульсировала плазменная лента смерти. Еще я успел заметить горящие обломки механической стрекозы на скалистом склоне. Надеюсь, навигатору удалось избежать печальной участи. Как и нам. Тут я обратил внимание на своего боевого друга. Он почему-то больше не вопил, а был безучастен к своей судьбе. Вероятно, по причине полуутопленного состояния?

Да, необходимо было выбираться на брег местного Терека. Это оказалось делом архисложным. Только с третьей попытки мы прибились к валунам. С трудом затащил я Резо-Хулио на камни. Осмотрел его. И понял, что легкая наша прогулка по чужому краю закончилась. Начинался путь домой. А он, как известно, самый трудный.

Наверное, в прошлой жизни я был лошадью. Мерином. А мой друг Резо жокеем. Почему я так считаю? Причина проста: Хулио больно хлопнулся о реку и отбил, естественно, все свои нижние конечности. Вот что значит жить в свое удовольствие: пить, курить и не следить за своим телом. К счастью, переломов не наблюдалось, но передвигаться мог только я. На своих двоих. И поэтому пришлось мне вспомнить детство и веселые игры. Резо сразу принял условия игры — забрался на мою холку и принялся понукать. Чтобы я бодрее скакал через таежный валежник. В западном направлении. Где угадывалась цивилизация.

С высоты птичьего полета тайга куда привлекательнее, чем когда ты букашкой проползаешь в её дебрях, где не ступала нога человека и лапа зверя. Единственное, что меня поддерживало в движении по неизведанному краю, так это мощное кислородно-энергетическое поле, исходящее от деревьев. Что может быть прекраснее свободы? И если умирать, то стоя. Как это делают деревья.

Правда, скоро лошадка притомилась. Я, свалив живой груз на теплой полянке, упал у своей сосны. Предвечернее солнце казалось искусственным, парафиновым.

— Да, — задумчиво промычал Резо. — Если бы девка знала, трусы бы не снимала.

— Расслабься и получай удовольствие, — посоветовал я. — Когда ещё выпадет такая зеленая конференция?[170] — и показал рукой окрест. Красота!..

— Вот бы ещё из этой красоты!.. — вздохнул Резо. — Как мы сюда вмазались? Не, больше я в такие игры и полеты… И я ещё живу, вах!

Пока мой товарищ переживал по поводу прошлых приключений, я извлек из-под рубахи документы, добытые из директорского шнифера. В мокрых, слипшихся страницах обнаружил несколько дискет. Уложив их для просушки на пенечек, я попытался узнать тайну горы Ртутной. Бумага расползалась в руках, но кое-какие крупицы правды я обнаружил.

Существовал сверхсекретный Договор о поставках КР-2020 в одну из стран Ближнего Востока. Для создания оборонительного рубежа от, цитирую, «империалистического вторжения на святые земли Аллаха». Кураторами от правительства РФ были два государственных человечка под кодовыми буквами X и Z. Посредниками сделки — Рост-Банк и скандинавская фирма с аббревиатурой «ЛЛД» и ещё какое-то неудобоваримое название, типа: Трейшн-корпорейшн-хрейшн-нейшн-сейшн-фейшн-фак'ю.

Ну-ну, покачал я головой, комкая в мячик размокшую вконец бумагу, хорошо устроились, господа-чиновники от буквы «А» до «Я». Все хапать — вот ваш девиз. И продавать. Оптом и в розницу. Ну-ну, хапайте-хапайте ртом и жопой. Все равно или подавитесь, или стухнете от запора.

Я отшвырнул бумажный мячик, и он заскакал по полянке, вызывая странные ассоциации у Резо:

— Эх, тут зайцы есть?.. Или барашки?

Я поднял голову к небу. В небе появился неприятный, опасный звук, тревожащий душу.

— Боюсь, родной, здесь одни волки.

— Волки? Где? — не понял Резо-Хулио.

— Ааа, летят…

— Е-мое, к нам, что ли?

— А к кому еще, дорогой? — удивился я.

Да, господин Марков не оставил оригинальной мысли намотать наши кишки на вертолетные ножи. Я-то надеялся, что мы успеем покинуть смертельную зону. Увы, вероятно, я плох в роли скакового рысака.

Что же делать? Мы плюхнулись под сосновые лапы и принялись вести наблюдение за летательным аппаратом. Это была серьезная машина — военный МИ-24 с пушками для поражения танковых целей. Против МИ у нас был «стечкин». («Беретты» остались ржаветь на речном дне.) Так что силы наши были в принципе равны: лучше твердо лежать на земле, чем болтаться в воздушной проруби.