Читаем Кровавый глаз полностью

Я возился с кольчугой Ньяла, пытался стащить ее с его побелевшего тела и вполголоса напевал языческий гимн, чтобы демоны пролитой крови не приняли меня за убитого и не забрали с собой по досадной ошибке. Наконец я натянул на себя бринью и ощутил запах смазки, покрывающей стальные кольца. Тяжесть железной рубахи поразила меня, пригнула тело к земле. Я испугался, что не смогу в ней двигаться, однако обнаружил, что кольчуга практически не сковывает движений. Ощущать на себе ее вес было отрадно. Я понимал, что такая одежда надежно защитит меня от стрел.

Языки пламени полизали расщепленные обломки стола, подброшенные в очаг, затем ожили, озарили оранжевым сиянием дальние уголки залы, побеждая самые густые тени. Лица скандинавов исказились в отблесках огня, приобрели пугающие свирепые, звериные черты. Я прикоснулся к деревянному амулету, висящему на шее, уверенный в том, что в этом месте смерти правит Один, хотя владелец зала Эльдред и был христианином. Но Отец всех — жестокий повелитель. Его жажда скитаний и стремление к славе привели норвежцев сюда, где их ждала неминуемая смерть.

— Боги любят хаос, — горько усмехнулся Флоки Черный и указал на мой амулет.

— Бьюсь об заклад, англичане следовали за нами вдоль берега, собирая по пути людей, — сказал Улаф, снял перепачканный кровью шлем и вытер его о гобелен.

— Если бы Глум и все прочие были сейчас здесь, то дело шло бы веселее, — заметил Свейн Рыжий, проводя гребнем из моржовой кости по густой рыжей бороде.

Сигурд взглянул на меня, задумчиво сжал рот, потом искривил губы в усмешке и сказал:

— Быть может, мне не следовало убивать вашего краснолицего жреца. Но он ведь действительно слишком много говорил, да? Рано или поздно кто-нибудь обязательно прикончил бы его!

Норвежцы рассмеялись. Этот звук оказался сочным и громким. Наверное, англичане на улице удивились, услышав его.

Сигурд повернулся к Эрику и спросил:

— Ты можешь выбраться отсюда, уйти от этих подонков и вернуться к нашим кораблям?

Юноша на мгновение задумался, потом ответил:

— Если вы прикажете, мой господин, то смогу.

Сигурд взглянул на Улафа. Он спрашивал у друга разрешения, хотя в этом и не было необходимости. Кормчий молча кивнул.

— Отлично, мой мальчик, — продолжал Сигурд. — Ты должен будешь предупредить Глума и всех остальных.

— Вдруг англичане уже напали на них? — спросил Бьярни, пожимая могучими плечами, и мне внезапно стало страшно за Эльхстана.

— Вполне возможно, что Глум сейчас трахает какую-нибудь валькирию по пути в зал Одина, — добавил Бьорн.

— Не думаю, — возразил Сигурд, выпячивая подбородок. — Нам пришлось сражаться здесь со свежими людьми. Эльдред — не король. У него не хватит воинов, чтобы одновременно вести бой в двух местах. — Однако полной уверенности в своей правоте у него не было. — Глум жив, — решительно произнес Сигурд, сжав кулак и хрустнув костяшками пальцев. — Он выплюнет собственные зубы, если мы не пригласим его принять участие в этой забаве.

Я прошептал молитву, прося у Одина, чтобы Сигурд оказался прав, старик столяр был бы по-прежнему жив и невредим.

— Я бегаю быстро, Бьярни, — сказал Эрик, завязывая на затылке светлые волосы. — Если я незаметно проберусь мимо англичан, то они меня не догонят. Ночью я уйду от них. По неровной земле человек бежит быстрее лошади. Я сам видел.

Флоки презрительно выругался.

Бьорн бросил на него холодный взгляд и согласился:

— На коротком расстоянии такое возможно.

На улице залаяла собака.

— А что насчет вот этого? — спросил Бьярни, оборачиваясь на звук.

Эрик опустил взгляд на солому и признался:

— О собаках я не подумал.

— Бьярни, нам нужно подбодрить мальчишку! — взорвался Бьорн. — Ты ведь не боишься собак, правда, Эрик? — весело промолвил он. — По крайней мере, английских собак.

Сын кормчего покачал головой, улыбнулся и достал длинный нож, сверкнувший в свете пламени очага.

— У тебя получится, Эрик, — сказал Бьярни и прикоснулся к светлым волосам парня. — Бегаешь ты резво, этого у тебя не отнимешь. Не ты ли как-то летом выиграл состязания по бегу на Яйцо-острове?

— Мне тогда было десять лет, Бьярни, — улыбнулся юноша.

Было очевидно, что он обрадовался, когда Бьярни вспомнил эту его маленькую победу.

— Мы отвлечем этих ублюдков, — сказал Сигурд, не обращая внимания на непрекращающийся лай. — Устроим так, что они запомнят эту ночь надолго. Кто из вас предложит план, которым гордился бы сам Локи? — спросил он, оскалившись, но единственным ответом ему стал громкий треск поленьев в очаге. — Верно, ребята, не говорите все разом. Сильная рука убивает, но хитрый ум помогает остаться в живых.

— Мы набросимся на англичан, — заявил Хальфдан, и в оранжевом пламени сверкнули две его светлые косы. — Нападем на них через главную дверь, вопя, словно демоны. Эрик воспользуется смятением и выберется вон оттуда. — Он указал на отверстие в высокой крыше, через которое выходил дым очага. — Пока мы будем убивать подонков, мальчишка убежит.

— Нам придется перебить и их собак, — заявил Флоки, поморщившись.