Читаем Кровавые легенды. Русь полностью

Куган сосредоточился на ящике, большом металлическом ящике в дальнем углу помещения.

Что в нем?

На красный свет ламы выплывали разбуженные морские ерши с ядовитыми гребнями и шипами. Они окружили Кугана, но не лезли в стекла. Он махнул лампой. Рыбы лениво раздвинулись, дружно кувыркнулись на другой бок.

Пайолы кренились в сторону носа лодки. Крадущийся водолаз чувствовал себя вором. Он вздрогнул, задев что-то латунным носком галоши. Посмотрел вниз. Наклонился, поставил лампу и подобрал заржавелый наган. Потер ладонью барабан, покрытый бурой плесенью, затем с усилием переломил револьвер. Патронов было три – из камор выглядывали позеленевшие капсюли. Куган повертел наган в руке: офицерский или солдатский? Кто и на что истратил четыре патрона?

Он положил наган, потянулся за лампой и выругался в шлем – со страху.

– Что у тебя? – тут же спросил Агеев.

– Да так…

– Не понял! Повтори!

– Здесь мертвец.

Мощная подводная лампа тускло светила в мутной воде. Мертвец прятался в правом ближнем углу от пробоины. Вздувшееся тело в остатках флотского костюма было зажато между куском обшивки и ребром шпангоута и висело головой вниз.

Про такое не писали в книгах. А если писали, то не так. В книгах водолазы храбро сражались с акулами и осьминогами, пробирались в каюты погибших кораблей и поднимались на поверхность с сундуками, полными золота.

Куган помнил книгу, точнее картинку из книги. Скелеты в пиратских костюмах за столом кают-компании. Парящие над столом бутылки и кубки. Налипшие везде, где только можно, морские звезды. Маленькая рыбка, выплывающая из распахнутой челюсти скелета-капитана: он, видимо, собирался сказать тост. И замерший в дверях водолаз с удивленным лицом в круглом смотровом окошке медной головы. Водолаз с картинки не был испуган, разве что немного растерян: не каждый день встретишь под водой живых скелетов. Куган не сомневался, что нарисованный водолаз с честью выйдет из сложившейся ситуации. Даже если скелетов разозлит человеческое присутствие.

Такой же уверенности в собственных силах у Кугана не было.

Мертвец смотрел на водолаза. Морская вода отслоила кожу, лицо треснуло черной сеткой вен, вытаращенные глаза помутнели. С толстых пальцев сошли ногти и кожа.

Сохранность останков будила тревогу. В воде трупы разлагаются быстрее, чем на воздухе. Подводные флора и фауна набрасываются на мягкие ткани и огладывают до костей, перво-наперво объедая череп. Тина окутывает оголившийся скелет, и за него берутся черви и бактерии.

Но морская живность, микроорганизмы и падальщики не стали лакомиться мертвым моряком. Или им запретили… Кто?! Не дури!

Такое не так просто объяснить.

Невозможно.

Рядом с мертвецом Кугану вдруг сделалось невыносимо страшно – хоть улепетывай.

Забыв про осторожность, он поспешил к ящику.

– Миша, что с мертвецом?

– Кажись, захлебнулся после взрыва.

– По скелету понял?

– Целехонький. Будто неделю назад утоп. Чушь какая-то. И сама лодка… обросла как попало, здесь есть, а там нет.

– Хм. Ладно. Глянь ящик и выходи.

– Есть.

Размерами и формой ящик походил на гроб. Длинный, металлический, с позеленевшими углами, он покоился на низкой сварной тумбе с основанием. Куган ощупал борта ящика, крышку – тусклую, пятнистую. Присвистнул:

– Серебро!

– Повтори.

– Похоже, ящик из серебра.

– Закрыт?

– Пока не разобрался.

У серебряного «гроба» были бронзовые или медные ручки, источенные гальваническими токами. Водолаз поставил лампу на край крышки, наклонился и прочитал выбитую на серебре надпись:

«УМР-1 Vladivostok».

Почему половина надписи на русском, а другая половина – латиницей? И каким боком здесь далекий Владивосток?

Куган прикинул, как лучше застропить ящик, чтобы поднять его на баркас. Получится ли подтащить лебедкой к пробоине, не перерезав корпус?

Он схватился за ручку и попробовал приподнять ящик. Как бы не так. Сидит намертво, как донка на креплениях.

Он вспомнил, как разгружал в Балтийском море торговое судно, затонувшее во время Первой мировой войны. Раскачивал легкие ящики со свечным воском – и те весело взлетали вверх квадратными деревянными «пузырями». Они охотно отлипали от днища и друг друга и, высвободившись, прыгали под палубу. А затем, согнанные в люк, спешили к баркасу.

Куган широко расставил руки, подцепил крышку за выступающий край и потянул вверх: может, повезет?

Не сегодня.

Замочная скважина пряталась под шторкой в форме лепестка. Или клыка. Водолаз сдвинул шторку и досадно ковырнул отверстие пальцем.

– Заперто.

– Понял. Возвращайся.

Куган не ответил.

К лампе подводного освещения подплыла длинная рыбина.

Сарган. Что забыл на такой глубине?

Ярко переливалась мелкая чешуя. Морская щука вильнула змеиным телом и распахнула тонкие челюсти.

Куган смотрел хищнику в рот, похожий на длинный клюв или ножницы, лезвия которых усеяны мелкими острыми зубами. В желобе нижней челюсти лежало что-то инородное.

Водолаз медленно протянул руку к саргану, двумя пальцами взял предмет и, не веря своим глазам, поднес к окошку шлема.

Да ладно…

Он смотрел на длинный ключ с фигурной головкой и бородкой с канавками в форме креста.