Читаем Кровавые девы полностью

Она была права, но у Эшера уже не осталось почти ничего, что он страшился бы потерять. Пригнувшись, он бросился на Текселя. Выстрел громом прокатился по подземелью, и Эшер ушел в сторону, чтобы уклониться от пули. Он надеялся, что Лидия догадалась выбежать в дверь, которую вампиры оставили открытой.

Нападение на вампира было безумием; удар Текселя отбросил его к стене, где Эшер и упал, слыша сквозь шум в ушах топот босых ног. Вот Лидия замерла, и тут же раздался ее крик.

Тексель схватил его за горло, и Эшер почувствовал, как когти вампира рвут кожу на груди, затем – на руках. Немец сдернул с него пиджак, прижал к стене и с силой провел когтями по ребрам и спине, оставляя глубокие царапины. Потом он отступил, и в то же мгновение Эшер увидел рядом с собой Лидию, которая, задыхаясь, ловила ртом воздух. Она тоже была ранена, и на одежде проступали темные пятна.

Петронилла слизала кровь с ногтей.

- Мне начинает нравиться эта игра, - она оглянулась на полускрытые в темных нишах тела. – Они проснутся примерно через час. Мои маленькие невинные птенчики. Обычно они открывают глаза только после того, как снаружи полностью стемнеет. Если нам удастся поймать этого beschissen испанца, - она бросила на Текселя еще один убийственный взгляд, - я спрошу его, не связано ли это с их невинностью.

- Думаю, ответ на ваш вопрос мы найдем намного быстрее, чем выкурим его из укрытия, - огрызнулся немец. - Я тут припас для него кое-что.

Он помахал пистолетом, потом тоже оглянулся на невидимые в темноте ниши с бледными спящими созданиями.

- А через несколько дней эти ребята наберутся сил и помогут нам с ним справиться. Они инстинктивно знают, как надо убивать? Или вам придется научить их?

Петронилла улыбнулась:

- Скоро узнаем.

28

Тексель забрал свечу – по своей внутренней подлости, как сказала бы Элен.

Едва только закрылась дверь, Лидия спросила шепотом:

- У тебя в карманах еще что-нибудь есть?

- Кусок бечевки, спички и примерно семьдесят пять рублей.

- Сможешь сделать отмычку из дужки очков?

- Только не для этого замка. Подожди, не двигайся.

Стоя на коленях, он пошарил вокруг себя в поисках того, что осталось от пиджака после стычки с Текселем. Вернувшись к Лидии, он накинул ей на плечи найденные лохмотья, чувствуя под пальцами липкую кровь на холодной коже. Затем он взял ее за руку и сделал несколько осторожных шагов влево, пока не наткнулся второй рукой на стену. Вдвоем они медленно двинулись вдоль стены, проходя мимо ниш со спящими юными вампирами.

Лидия прошептала:

- Что мы будем делать?

- Пока ничего, разве что станем здесь, у двери, и будем надеяться, что она не услышит нашего дыхания с той стороны. Если она вернется без Текселя, у одного из нас появится шанс. Мы проскользнем мимо нее – если получится, - а затем разделимся…

- Вот, держи.

Он услышал, как она чем-то шуршит в темноте, и почти тут же она сунула ему в руку несколько рублей и десяток спичек.

- Мы попробуем найти дона Симона, - твердо сказала она. - Он где-то недалеко и начнет искать нас, как только поднимется на ноги.

- Его серьезно ранили?

Ответом ему была долгая тишина. Наконец Лидия едва слышно ответила:

- Не знаю.

Снова повисло молчание, непроницаемое и бесконечное, как ночь после Судного дня, когда все живое покинет мертвый мир, оставив его во власти вечной пустоты. Эшер обнял жену, чувствуя, что она дрожит от холода, усталости или страха.

Даже он чувствовал запах ее крови.

Откуда-то из темноты донесся шепот:

- Юра?

Черт…

- Соня?

- Здесь кто-то есть. У двери.

- Кровь…

Раздался девичий голос:

- Не надо.

Сказано это было по-русски, с заметным просторечным выговором. Тот же голос спросил, уже по-французски:

- Мадам Эшер, это вы?

Других звуков не было, только голоса, но Эшер словно кожей чувствовал, как приближаются к ним проснувшиеся вампиры. Лидия ответила:

- Да, Женя, это я.

А затем пугающе близко раздался вскрик Жени на русском:

- Алексей, не надо! Остановись!

Эшер услышал громкий шорох, как от крыльев моли, и ощутил движение воздуха, словно кого-то с силой оттолкнули прочь.

- В этом нет ничего дурного, - прошептал мальчишеский голос у Эшера над ухом. – Так мы спасем их от грехов, как госпожа спасла нас, выпив нашу кровь.

- Она так сказала, - еще один юноша стоял совсем рядом. – Святая Марина сказала мне об этом во сне. Она явилась мне, Женя! У нее было лицо госпожи. Они грешники, и только мы можем спасти их…

- Это ложь! – в отчаянии закричала Женя, и Эшера чуть удар не хватил, когда мертвенно-холодное плечо коснулось его руки. Снова едва слышный шорох, движение тел. Он чувствовал запах их одежды, запах застарелого пота и карболового мыла, хотя тела их ничем не пахли. – Если мы выпьем их кровь, то будем прокляты!

- Ты не поняла, Женя, - сказал Алексей, и на этот раз в его голосе прозвучала нотка нетерпения. – Ты все перепутала. Все прокляты. Проклятие приходит через кровь – и спасение приходит через кровь.

Еще одна девочка, судя по голосу, совсем ребенок, с жаром повторила за ним:

- Спасение приходит через кровь.