Читаем Кровавое копье полностью

— «Перережь веревку», — прошептала она наконец, и только тогда Мэллой заметил, что на ее глаза набежали слезы. — Один из них что-то говорил. Я плохо разобрала. «Как насчет нее? Что с ней делать?» Примерно так. А Роберт произнес: «Перережь веревку». Я ударилась головой и туго соображала, но я знаю: Роберт не мог сказать ничего такого. В смысле… я просто в это не поверила.

— Это раскрывает многие загадки, — проговорил Мэллой, начав сопоставлять между собой разные обрывочные сведения, казавшиеся прежде бессмысленными.

— И ставит еще больше вопросов, — сказал Итан, поерзав на стуле.

— Не совсем так, — возразил Мэллой. — Задумайтесь. Роберт Кеньон производит необдуманное капиталовложение и теряет все, в том числе и деньги Кейт. Кто выигрывает на банкротстве? Его старые друзья. Они не взяли деньги, а перебросили их — по крайней мере, большую их часть — на новые счета для Дэвида Карлайла. Этому человеку удалось невероятное: он умер и все унес с собой.

— А что же произошло с настоящим Карлайлом? — спросил Итан.

Мэллой покачал головой.

— Дэвид Карлайл в девяносто четвертом году служил наемником на Балканах. Это последняя официальная информация о нем до девяносто седьмого года, когда он становится преемником Кеньона в Совете паладинов. Подозреваю, что он убит и похоронен где-то в Сербии или в Боснии. Кеньон присвоил себе его имя, потому что они внешне похожи друг на друга.

— Той ночью Роберт поднялся выше, — проговорила Кейт, не спуская глаз с фотографии человека, за которым она почти одиннадцать лет назад была замужем. — К тому времени, когда взошла луна, он добрался до Траверса богов. Наверное, к трем-четырем часам утра он уже был на вершине и до рассвета спустился с горы.

— Не понимаю, — покачал головой Итан. — Зачем Кеньону понадобилось отказываться от собственного имени?

Мэллой помолчал. Он ждал, что Кейт что-нибудь скажет, но молчала и она.

— На мой взгляд, есть одна веская причина, — сказал Мэллой. — Он попал в беду. Какие у него были неприятности, это еще вопрос, но тем не менее он получил время для того, чтобы поправить свои финансовые дела, поэтому для меня вся эта история выглядит некоей инвестицией в его дальнейшую деятельность.

— Шесть месяцев, — процедила сквозь зубы Кейт. — Шесть месяцев мы встречались, а потом поженились. Вот сколько у него было времени.

— Тогда же произошло приобретение компании, — отметил Мэллой.

— Схема подстроенного банкротства мне ясна, — сказал Итан. — Кеньону понадобились деньги, ему не хотелось слишком сильно наследить, но зачем нужно было вовлекать в это Кейт? Почему он на ней женился?

Мэллой снова посмотрел на Кейт. Ее слезы высохли.

— Всякий иллюзионист знает, — сказал Мэллой, что ключ к успеху фокуса в том, чтобы в самый важный момент отвлечь внимание зрителей. — В данном случае отвлекающим моментом был Айгер, вернее — неудача, постигшая Кейт. Широко освещаемый в прессе подъем на вершину в рамках медового месяца… Что может быть лучше? А когда восхождение сорвалось и двое австрийцев рассказали о том, что своими глазами видели, как Кейт, ее супруг и их проводник сорвались в пропасть, предполагалось, что потом только об этом все и будут говорить. О том, какое ужасное происшествие случилось в горах.

— Значит, австрийские альпинисты должны были просто стать свидетелями этой катастрофы? — спросил Итан.

— Это не просто свидетели, — сказала Кейт.

— Но их наняли потому, что за ними не числилось никакого криминала, их ничто не связывало ни с тобой, ни с Робертом, да и с вашим проводником, кстати говоря. Весь смысл был в том, что они обо всем расскажут и даже покажут место, где, по идее, лежат два трупа. Тело Кеньона так и не нашли — ну что ж, такое на Айгере не редкость.

— Наверное, о том, что случилось со мной, Роберт узнал буквально через пару дней, — проговорила Кейт.

— И когда он услышал твою версию произошедшего, она оказалась еще лучше, чем то, что задумал он, поэтому ликвидировать тебя не потребовалось.

— Я к тому времени все рассказала Джанкарло. Он меня выслушал, не моргнув глазом, а потом пообещал мне — пообещал! — что найдет убийцу Роберта, если даже это станет последним делом в его жизни.

— Он причастен к этому, — решительно заявил Мэллой. — Он, и Лука, и Джек Фаррелл, и Хуго Олендорф, и отец Джека Фаррелла — все активно действующие паладины.

— И что же нам делать? — спросил Итан. — Я имею в виду, что мы по-прежнему не знаем, как найти этого человека. — Он посмотрел на Кейт. — Ведь мы будем его искать?

— Непременно, — ответила Кейт, сжав зубы. — Мы обязательно найдем его.

— Но как? Непонятно, — пробормотал Итан.

— Джанкарло скажет мне, где он.

Берлин, Германия

1936–1938 годы

Поводов выпить всегда хватало. Выпивка сопровождала жизнь литератора. После часов корпения над текстами всегда возникала потребность пообщаться с людьми. Появились деньги и новые знакомства, но ничего хорошего это не обещало. Как раз наоборот.