— Вы имеете в виду сексуально?

— Ну,— покраснела мисс Дэвис,— я имею в виду в широком смысле... Вы меня понимаете?

— Понимаю, что вы имеете в виду, но я никогда не обращал на это внимания.

— Могу вам поверить,—.неожиданно резко заметила она.

— Вы знаете, где живет мисс Мачик?

Девушка покачала головой, потом сложила носовой платок и убрала его в ящик, где лежал «кольт».

— Вам надо иметь еще один платок, чтобы можно было их менять,— сказал я.

Девушка села на свое место и пристально посмотрела на меня.

— На вашем месте я бы не стала вести себя грубо, мистер Марлоу,— ответила она.— Во всяком случае, со мной.

— Вот как?

— Да: И я не стану отвечать вам ни на какие вопросы без дальнейших указаний: В моем положении мне не следует говорить ничего лишнего.

— Я не грублю. Это просто тон зрелого мужчины.

Она взяла карандаш и сделала какую-то пометку, потом слегка улыбнулась.

— Может быть, мне не нравятся зрелые мужчины...

— Вы — сумасбродка,— сказал я.— До свидания.

 Я вышел из кабинета, закрыл дверь и направился к выходу.

На улице было тепло. Я надел солнечные очки и снова погладил негра по голове,

— А дела, братец, хуже, чем я ожидал,— поведал я ему.

Камни нагрелись — чувствовалось их тепло через подошвы туфель. Я сел в машину и стал отъезжать от тротуара.

Маленькая двухместная машина песочного цвета ткнулась в тротуар позади меня. Мужчина, сидевший за рулем, был в темной соломенной шляпе с яркой лентой и в солнечных очках, таких же, как у меня.

Я не придал этому значения и направился в сторону города. Проехав с десяток кварталов, заметил, что машина следует за мной. Пожав плечами, я специально - покружил по городу. Машина не отставала. Тогда я развернулся и остановился у тротуара.

Преследовавшая меня машина остановилась на углу. Голова в соломенной шляпе даже не повернулась в мою .сторону. Я тронулся, но машина оставалась на месте. Я поехал по Арройо Секо и свернул к Голливуду. Несколько раз оборачивался, но больше этой машины не видел.

 Глава 3

Моя контора располагалась в Качуэнга-билдинг, на шестом этаже, в двух небольших комнатах задней части здания. Одну из них я оборудовал для терпеливо ожидающих клиентов, на случай, если таковые попадутся. На двери был звонок, который я мог включать и выключать из другой комнаты.

Я заглянул в приемную. Никого и ничего, кроме запаха пыли. Я открыл окно, отпер дверь в смежную комнату и вошел туда. Это был мой кабинет. Три тяжелых стула и вращающееся кресло, стол, покрытый стеклом, пять зеленых ящиков для папок, из которых три были совершенно пустыми. На столе, конечно, стоял телефон и лежал календарь. На стене в рамке — лицензия, умывальник с деревянной тумбочкой, ковер на полу и два открытых окна с занавесками, которые чуть шевелились от ветра.

Та же обстановка была у меня и в прошлом году, и в позапрошлом. Некрасивая, невеселая, но все же лучше, чем тент на берегу моря.

Я повесил на крючок пиджак и шляпу, умылся холодной водой, закурил и, усевшись за стол, придвинул к себе телефонный справочник. Элиша Морнингстер значился на странице 422. Его контора располагалась в помещении 824 Белфонт-билдинга на Западной Девятой улице. Я взял ручку, записал номер его телефона и адрес и вдруг вспомнил, что забыл включить дверной звонок. Я протянул руку к выключателю и тотчас услышал, как открылась входная дверь. Перевернув блокнот верхней страницей вниз, я вышел из-за стола и пошел взглянуть, кто это пожаловал ко мне.

Это был высокий стройный мужчина с самодовольным видом, в голубом летнем костюме, рубашке цвета слоновой кости и черно-белых ботинках. Галстук и платок в кармане были подобраны в тон рубашке. В руке, обтянутой белой перчаткой, он держал длинный черный мундштук и разглядывал журналы, лежащие на столе. Кажется, я догадался, кто мой посетитель.

Когда я открыл дверь кабинета, он чуть повернул голову и уставился на меня парой печальных светлых, глаз, расположенных близко к узкой переносице. У него было Загорелое лицо, рыжеватые волосы, зачесанные назад, и тонкая полоска усов, куда более рыжая, чем волосы.

Незнакомец равнодушно оглядел меня, деликатно выпустил дым в сторону и спросил:

— Вы Марлоу?

Я кивнул.

— Немного разочарован. Я ожидал встретить типа с грязными ногтями,— признался он.

— Проходите и садитесь — так вам будет удобнее изощряться в остроумии.

Он прошел мимо меня, стряхнул пальцем пепел с сигареты и уселся за стол. Стянув с правой руки перчатку, он присоединил к ней вторую и положил обе на стол. Потом, выбив из мундштука окурок, прочистил его спичкой, вставил новую сигарету и закурил. Откинувшись на спинку стула, он расплылся в широкой улыбке аристократа.

— Успокоились? — спросил я.— Пульс и дыхание в порядке? Может быть, положить вам на голову мокрое полотенце?

Разговаривая, он едва шевелил губами.

— Частный детектив... Никогда не встречался ни с Одним из них. Хитрый бизнес. Подглядывание в замочные скважины, устройство скандалов и тому подобное.

— Вы по делу или поболтать?

Он вяло улыбнулся, как толстая дама на балу пожарных,.

— Моя фамилия Мардок. Возможно, она вам о чем-нибудь говорит?