Тем временем Пэтси на смене сигнала светофора ловко проскочил перекресток Бродвея и Седьмой Авеню и повернул на восток на Сорок шестую улицу. За ним последовал Уотерс, теперь в одиночестве. Но к тому времени, когда агент достиг Авеню Америкас (для нью-йоркцев она всегда остается Шестой Авеню), ему на подмогу пришли две другие машины, с Джимми О'Брайеном и сержантом Дэном Ленардом с Джимом Хэрли. Пэтси поехал вверх по Шестой Авеню, затем, на Пятьдесят первой улице, снова повернул на запад. Уотерс и трое других следовавших за ним полицейских высказали по радио предположение, что он направляется к гостинице "Виктория". Но не доезжая до Седьмой Авеню, маленький "бьюик" замедлил ход и остановился возле гостиницы "Эбби", расположенной на Пятьдесят первой улице по соседству с "Викторией". Там незнакомец вышел и прошел в холл гостиницы, а Пэтси быстро отъехал. Уотерс распорядился, чтобы Ленард и Хэрли наблюдали за "Эбби", а сам он с О'Брайеном последовали за Пэтси.

Синий саквояж все ещё был в машине. Состоялся ли обмен?

Джим Хэрли выскочил на тротуар и вошел в "Эбби". Человек в серой шляпе ожидал лифт. Хэрли зашел в лифт вместе с ним. Его спутник, опрятно одетый в деловой костюм с галстуком в полоску, был ниже ростом, чем казался издали; худощавый, но крепкого телосложения, черноволосый, смуглый, лет около сорока или чуть за сорок, решил детектив. Они проехали в молчании до четырнадцатого этажа, где мужчина вышел. Хэрли вышел на пятнадцатом и по лестнице спустился до четырнадцатого. В конце коридора незнакомец как раз вставлял ключ в дверь номера.

Когда дверь за ним закрылась, Хэрли лениво прогулялся вдоль коридора, посмотрев номер комнаты – 1437. Затем он вернулся вниз к гостиничной стойке, поговорил с ночным управляющим и узнал, что незнакомец был зарегистрирован как Ж. Морен, прибывший из Парижа, Франция. Лягушатник номер три. Он вселился лишь вчера, одиннадцатого января, после полудня. Хэрли вышел на улицу к машине сержанта Ленарда и передал по радио на базу, что они "пасут" ещё одного француза в гостинице "Эбби".

А что же случилось с Игэном? Если он следил за Барбье, то почему он не сообщил, куда исчез Пэтси в те панические десять минут, когда все потеряли "бьюик", а тот, как оказалось, в это время высаживал Барбье у "Виктории"?

Эти вопросы терзали Уотерса и особенно Сонни, пока длилась их лихорадочная погоня за Пэтси и другим французом. Только позднее, когда у них появилась возможность сложить вместе события этого дня, они поняли, что на самом деле произошло.

Весь вечер Игэн провел в холле "Виктории". Он сравнительно неплохо владел собой в течение первого часа после того, как Барбье около восьми поднялся в свой номер. Но когда время перевалило за девять, потом девять тридцать, а потом десять часов, и ночь продолжала тянуться с томительной неторопливостью, его начало охватывать нарастающее раздражение. Он расхаживал по холлу, то и дело проверяя у стойки, нет ли ключей Барбье, полный уверенности, что европейцы, в отличие от большинства американцев, имеют привычку сдавать ключи портье каждый раз, покидая свой номер. Барбье держал ключ при себе. Игэн не понимал ситуации: никто из объектов наблюдения не делал попыток что-либо предпринять. На его ежечасные звонки база отвечала одинаково – все подозреваемые находятся под наблюдением и ведут себя спокойно. Ему это не нравилось.

Последний раз он позвонил около половины двенадцатого. Вскоре после полуночи, уже в пятницу, двенадцатого января, в тот момент, когда его товарищи отчаянно пытались установить местонахождение синего "бьюика", унесшего Пэтси и французов, ничего не подозревающий Игэн с досадой уселся на покрытый пленкой диван в холле "Виктории", решив заставить себя расслабиться. И тут же вытаращил глаза от изумления: по ступеням с улицы поднимался одетый в костюм и теплое пальто, со спутанными ночным ветром волосами, Франсуа Барбье – тот самый Барбье, который в это время должен был находиться наверху, у себя в номере. Как завороженный, Игэн наблюдал, как лягушатник-два пересек холл и вошел в лифт, даже не оглянувшись по сторонам.

О, Господи! Игэн осыпал себя самыми ужасными проклятиями. Сколько же времени француз отсутствовал? Неужели он все испортил?

Он вскочил с дивана и подбежал к лифту, впившись взглядом в указатель этажей. Лифт остановился на одиннадцатом. Ну, что ж, по крайней мере сейчас он у себя. Оглянувшись, Игэн увидел двух молодых федеральных агентов, сменивших Джека Рипу. Те смотрели на него, полные недоумения и беспокойства. 

Глава 9

 Никто из подозреваемых не дал о себе знать до обеда в пятницу 12 января. Игэн в конце концов на несколько часов отправился домой, поспать в собственной постели и переодеться. Но прежде чем покинуть "Викторию", постарался выяснить, каким образом Барбье ускользнул от него прошлой ночью. Он обнаружил, что один из четырех лифтов отеля мог опускаться ниже уровня вестибюля к накрытой тентом террасе, находившейся на одном уровне с улицей. Барбье, очевидно, воспользовался этим лифтом и просто вышел на улицу через бар.