Читаем Кремлевские кланы полностью

Из воспоминаний бывшего пресс-секретаря Руцкого: «Никита Михалков был вхож к Руцкому в любое время дня и ночи. Михалков владел каким-то издательством и оно выпустило в свет несколько брошюр Ивана Ильина — консервативного русского философа и социолога. Однажды, во время каких-то переговоров в кабинет Руцкого ворвался Михалков и присоединился к присутствующим.

Таких вещей Руцкой не позволял никому из сотрудников. Они иной раз часами дожидались в приемной, когда Руцкой их примет, а некоторые были вынуждены общаться с шефом посредством переписки.

— Ну, что, Саш, книжку-то Ильина прочитал? — начал Михалков в какой-то веселой и развязно-фамильярной манере.

Руцкой начал что-то мямлить. Видно, ему было неудобно признаться в том, что в книжку он не заглядывал.

— Ни… я вижу, ты не читал, — продолжал Михалков в том же тоне. — Ты эту книжку должен наизусть выучить и делать все, как там написано».

Тут стоит, очевидно, напомнить, что для Ильина идеалом постбольшевистского государственного устройства была «национальная диктатура», подразумевающая лишение политических прав многочисленных категорий граждан, отрицание парламентаризма в его западном понимании, унитарное устройство России.

Эстрадный артист Владимир Винокур, еще один друг Руцкого, фигура не столь заметная, хотя он и числился у вице-президента в советниках. Именно он рекомендовал жену Руцкого Людмилу знаменитому модельеру Юдашкину.

Вторая супруга Руцкого никогда не имела никакого отношения к моделированию одежды, но Юдашкину очевидно нужна была влиятельная особа для того, чтобы «пробить» регистрацию новых фирм, счета в банке, помещения.

Сначала ее оформили технологом, а затем, очевидно, ввиду исключительных способностей, она возглавила одну из фирм в компании Юдашкина, превратившись из домохозяйки в преуспевающую бизнесменку. Не исключено, что когда Руцкого окончательно загонят в угол расспросами о том, на какие средства он строит роскошную дачу, он сошлется на доходы жены.

Людмила Руцкая — это вторая жена вице-президента. Первую жену звали Нелли Степановна. Она была дочерью преподавателя Барнаульского летного училища, где Руцкой был курсантом. Поженились они в 1969 году, а в 1974 развелись. Нелли Степановна не могла простить измену. По ее словам, Руцкой даже привел к ней соперницу — познакомиться, чтобы посмотреть, как она будет реагировать.

От первого брака у Руцкого есть сын Дмитрий. По словам первой жены, сыну Руцкой почти не помогал, лишь став вице-президентом, начал выказывать демонстративные знаки внимания. А до этого не присылал даже алиментов, ссылаясь на какие-то правила и распорядки.

Со второй женой Руцкой встретился в 1972 году в Борисоглебске, а через два года женился. Сына от второго брака зовут Александром. О нем известно, что он поклонник Владимира Жириновского.

Руцкой — способный художник, скульптор. Еще будучи курсантом, он сделал несколько панно, монументов, памятников.

В училище на одной такой настенной росписи он изобразил себя в генеральских погонах, к чему начальство отнеслось «снисходительно».

Нет в мире постоянства — вторая жена генерала, Людмила Руцкая, так и не переехала к мужу после избрания его курским губернатором. Александр Руцкой объяснил причину этого: дети уже выросли, у нас с женой у каждого свое дело, поэтому не стоит ничему удивляться… Губернатор нашел себе новую любовь — Ирину, уроженку небольшого городка Рыльска. Ее отец — заместитель главы районной администрации. И давно знаком с Руцким — доверенным лицом Руцкого на губернаторских выборах.

Кремль — арена, по которой чередой проходят кланы властолюбцев. Незримость этого потока, его постоянство и изменчивость, упорство и покорность демонстрируется действительностью неиссякаемой очереди в мавзолей Ленина. Связь двух очередей, завороженных живым и мертвым ликом власти, не только символична, но и реальна.

Югославского политика Милована Джиласа в 1948 удивил некрополь в Кремле:

«В Кремле, где мы осматривали гробницы царей девушка-гид с национальным пафосом говорила о «наших царях». Превосходство русских выставлялось и приобретало уродливо-комический облик.

В это время уже был привезен саркофаг Ленина — во время войны он был спрятан где-то в провинции. Мы его как-то утром тоже посетили. Само посещение не ознаменовалось бы ничем особенным, если бы не вызвало во мне и у других новый и до сих пор незнакомый протест. Медленно спускаясь в Мавзолей, я заметил, как молодые женщины крестятся, как будто подходят к раке святого. Впрочем, и меня охватило мистическое ощущение, забытое со времен ранней молодости. Больше того, все было так и устроено, чтоб создать в человеке именно такое ощущение, — гранитные блоки, застывшая стража, невидимый источник света над Лениным и сам его труп ссохшийся и белый, как известковый с редкими волосинками, как будто их кто-то сажал»

Кремль неприступен только для тех, кто хочет взять его силой, повредить. Покушение на Кремль — покушение на саму власть.