Читаем Красный террор полностью

После знаменитого приказа Петровского едва ли даже стоит говорить на тему о «рабочем классе», выступающем мстителем за своих вождей, и о гуманности целей, которые якобы ставили себе Дзержинский и другие при организации так называемых Чрезвычайных Комиссий. Только полная безответственность большевистских публицистов позволяла, напр., Радеку утверждать в «Известиях» 6 сентября, что «если бы не уверенность рабочих масс в том, что рабочая власть сумеет ответить на этот удар, то мы имели бы налицо массовый погром буржуазии». Какое в действительности может иметь значение заявление неких коммунистов Витебской губ., требовавших 1000 жертв за каждого советского работника? или требование коммунистической ячейки какого-то автопоезда – за каждого павшего расстрелять 100 заложников, за каждого красного 1000 белых, или заявление Комячейки Западной Области Чрезвычайной Комиссии, требовавшей 13 сентября «стереть с лица земли гнусных убийц», или резолюция красноармейской части охраны Острогородской Ч.К. (23 сентября): «За каждого нашего коммуниста будем уничтожать по сотням, а за покушение на вождей тысячи и десятки (?!) тысяч этих паразитов». Мы видим, как по мере удаления от центра, кровожадность Ч.К. увеличивается – начали с сотен, дошли до десятков тысяч. Повторяются лишь слова, где-то сказанные; но и эти повторения, насколько они официально опубликовывались, идут в сущности от самих чекистов. И через год та же аргументация на том же разнузданном и бесшабашном жаргоне повторяется на другой территории России, захваченной большевиками, – в царстве Лациса, стоящего во главе Всеукраинской Чрезвычайной Комиссии. В Киеве печатается «Красный Меч» – это орган В.У.Ч.К., преследующий те же цели, что и «Еженедельник В.Ч.К.». В № 1 мы читаем статью редактора Льва Крайнего: «У буржуазной змеи должно быть с корнем вырвано жало, а если нужно, и разодрана жадная пасть, вспорота жирная утроба. У саботирующей, лгущей, предательски прикидывающейся сочувствующей (?!) внеклассовой интеллигентской спекулянтщины и спекулянтской интеллигенции должна быть сорвана маска. Для нас нет и не может быть старых устоев морали и гуманности, выдуманных буржуазией для угнетения и эксплуатации низших классов». «Объявленный красный террор, – вторит ему тут же некто Шварц, – нужно проводить по-пролетарски…» «Если для утверждения пролетарской диктатуры во всем мире нам необходимо уничтожить всех слуг царизма и капитала, то мы перед этим не остановимся и с честью выполним задачу, возложенную на нас Революцией».

«Наш террор был вынужден, это террор не Ч.К., а рабочего класса», – вновь повторял Каменев 31 декабря 1919 г. «Террор был навязан Антантой», – заявлял Ленин на седьмом съезде советов в том же году. Нет, это был террор именно Ч.К. Вся Россия покрылась сетью чрезвычайных комиссий для борьбы с контрреволюцией, саботажем и спекуляцией. Не было города, не было волости, где не появлялись бы отделения всесильной всероссийской Чрезвычайной Комиссии, которая отныне становится основным нервом государственного управления и поглощает собой последние остатки права. Сама «Правда», официальный орган центрального комитета коммунистической партии в Москве, должна была заметить 18 октября: «вся власть советам» сменяется лозунгом: «вся власть чрезвычайкам».

Уездные, губернские, городские (на первых порах волостные, сельские и даже фабричные) чрезвычайные комиссии, железнодорожные, транспортные и пр., фронтовые или «особые отделы» Ч.К. по делам, связанным с армией. Наконец, всякого рода «военно-полевые», «военно-революционные» трибуналы и «чрезвычайные» штабы, «карательные экспедиции» и пр. и пр. Все это объединяется для осуществления красного террора. Нилостонский, автор книги «Der Blutrausch des Bolschewismus» (Берлин), насчитал в одном Киеве 16 самых разнообразных Чрезвыч. Комиссий, из которых каждая выносила самостоятельные смертные приговоры. В дни массовых расстрелов эти «бойни», фигурировавшие во внутреннем распорядке Ч.К. под простыми №№, распределяли между собой совершение убийств.

64

Очевидно, первый комиссар юстиции при большевиках с.-р. Штейнберг, выпустивший недавно книгу против террора «Нравственный лик революции» и всемерно обеляющий свою партию в участии в кровавом деле террора, неправ, утверждая, что Ч.К. возникли из «хаотического состояния первых горячих дней октябрьской революции».

65

Из книги Троцкого Дзержинский заимствовал и аргументацию о «народном гневе»: «В Обстановке классового рабства – писал Троцкий – трудно обучить народные массы хорошим манерам. Выведенные из себя они действуют поленом, камнем, огнем и веревкой».

66

Каутский. «Терроризм и коммунизм», стр. 139.

67

В № 1 «Газеты Временного Рабочего и Крестьянского Правительства» от 28 октября было опубликовано: «Всероссийский съезд советов постановил: восстановленная Керенским смертная казнь на фронте отменяется».

68

«Изв.» № 30.

69

«Изв.» № 27.

70

Ср. ниже с речью большевистского главкома Муравьева в Одессе.

71

1918 г. № 9—10.

72