Читаем Красный сфинкс полностью

Договорившись обо всем, Мари Куте отправился за покупками; между тем Гийом Куте попросил принести бумагу и чернила, чтобы написать записку. Граф де Море спустился предупредить Изабеллу, что его не будет один день, сославшись на то, что необходимо разведать дорогу, по которой им вскоре предстоит ехать.

Во время этого путешествия молодые люди, признавшиеся друг другу в любви, оказались в необычном положении.

Граф де Море, выполнявший официальное поручение, был обязан заботиться о своей невесте, и теперь к его пылкой любви примешивалось более спокойное братское чувство. Для него с Изабеллой не было ничего приятнее часов душевной близости, когда они могли заглянуть в сердце друг друга, подобно тому, как смотрели в глубины озер, встречавшихся им на пути, и мгновенно, как мысль, прочесть в глубине родной души три слова, сиявшие, словно звезды, и казавшиеся отражением Неба: «Я люблю тебя».

Изабелле, находившейся под присмотром г-жи де Коэтман и Галюара, нечего было опасаться по ту сторону французской границы, но для графа де Море, решившего проникнуть на вражескую территорию, все обстояло иначе. Поэтому время, которое молодой человек провел возле своей невесты, было наполнено тревожными предчувствиями и всевозможными ласковыми напутствиями, неизбежными при расставании двух влюбленных, сколь бы короткой ни была или обещала быть их разлука. Именно в такие томительно-прелестные часы поклоннику надлежит расчетливо и ненавязчиво добиваться, чтобы его безропотно осыпали невинными ласками, если — увы! — ему не дарят эти ласки по собственной воле. Таким образом, молодой человек провел у ног своей возлюбленной около часа, который пролетел для него как десять минут, прежде чем слуга, посланный Жерменом, сообщил, что Мари Куте ожидает его с покупками.

Изабелла заставила своего друга поклясться, что он не уедет, не попрощавшись с ней: излишне уточнять, что он не преминул бы сделать это и без всякого обещания.

И вот, четверть часа спустя молодой человек предстал перед своей возлюбленной в костюме пьемонтского крестьянина. В течение нескольких минут девушка пристально рассматривала новое одеяние графа и пришла к заключению, что каждая из частей наряда удивительно ему к лицу. На подъеме любви нам кажется, что все украшает любимого человека, будь-то даже балахон из грубой шерсти; к сожалению, существует и противоположная стадия, когда ничто не способно вернуть нашим возлюбленным утраченное очарование.

Пора было расставаться — в Шомоне уже пробило десять часов вечера. До Гравьера можно было добраться за два часа; следовательно, граф должен был прибыть туда в полночь, а в семь утра ему следовало явиться на работу.

Прежде чем уехать, молодой человек захватил послание, написанное Гийомом Куте, где говорилось следующее:

Дорогой Жан Миру!

Человек, который вручит Вам это послание, известит Вас о том, что я вернулся из Лиона, куда ездил за товаром, а также о беде, приключившейся со мной между Сен-Лоре и Шомоном. Снежная лавина увлекла меня за собой в пропасть, но милостью Божьей мне удалось ухватиться за ель, и проезжавшие мимо путешественники, добрые христианские души — я молю Бога открыть для них двери рая — вызволили меня из этого тягостного положения. Я сильно ушибся во время падения, и мой брат Мари должен находиться рядом, чтобы растирать меня. Поскольку он не хочет, чтобы из-за моего несчастья и его отсутствия пострадало дело, он направляет вам своего товарища Жакелино, чтобы тот заменил его, а сам надеется вернуться к своим обязанностям завтра, как и я. Один лишь мой мул по кличке Тяжелый-на-Подъем — помните, вы сами так его окрестили — свалился на дно пропасти и погиб вместе с поклажей, так как на него упало более пятидесяти футов снега. Однако, слава Богу, с потерей мула и нескольких тюков пряжи жизнь не кончается, и дела не приходят в упадок.

Ваш троюродный брат Гийом Куте.