Читаем Красные плащи полностью

Бедней — должностные лица, ведавшие боевыми играми, — пересчитали юношей, оставив в агелах равное число бойцов, тщательно обыскали их.

Скоро на арене две стаи сойдутся в жестокой схватке, цель которой — очистить окружённое водой пространство от противника. Можно бить как угодно и куда угодно, кусаться и душить, выламывать суставы и выдавливать глаза — правило только одно: участники не должны иметь оружия. Проиграл тот, кто не может больше сопротивляться или упал в воду. Можно броситься в ров, спасаясь от наседающего противника, но это позор. Спартанские юноши обычно бились до последнего. Нередко после схватки с арены уносили не только покалеченных, но и мёртвых. Им не сочувствовали: сам виноват. Плохо готовил себя к бою!

Отряды перешли мостики и выстроились, перегородив арену, шагах в десяти один от другого. Бедней были готовы дать команду к схватке, как вдруг Лисикл вышел из строя:

— Сначала ирены! — произнёс он отчётливо и громко. Распорядители принялись совещаться.

— Ловок Лисикл, — опять заговорил сосед Ксандра, гипомейон, — он постарше и на вид покрепче Антикратида. Победит — и противник сразу окажется без предводителя и лучшего бойца, а дух его будет надломлен!

Ксандр узнал имя своего врага и теперь испытывал нечто похожее на облегчение: убийцу Состена зовут Лисикл, а брат Иолы, Антикратид, — его противник! Вот Антикратид выходит из строя. Он высокий, худощавый, в такой же, как и у сестры, шапке курчавых волос!

Видно, не найдя в желании Лисикла ничего, противоречащего обычаям, а может быть, уловив желание аристократической публики увидеть красивый поединок перед началом общей свалки, распорядители спросили согласия Антикратида. Тот не возражал. Отказаться — проявить трусость.

— Схватка иренов! — объявил главный распорядитель.

Агелы сделали по три шага назад, давая больше места своим предводителям.

Лисикл атаковал сразу же без разведки, в резкой жёсткой манере, осыпая противника градом ударов. Антикратид был выше него, но уступал в ширине плеч и мощи мускулатуры. Юноше приходилось отходить, закрываясь руками, под насмешливые крики агелы Лисикла и большей части зрителей. Те, кто был ближе к арене, видели — Антикратид успешно отражает большую часть ударов противника. Отход же объясняется стремлением навязать Лисиклу бой на дальней дистанции, где юноша рассчитывал получить преимущество. Наконец ему удалось, отскочив, встретить наседающего противника прямым ударом ноги в живот. Будь на месте Лисикла кто-нибудь другой, схватка могла бы закончиться. Он же лишь в замешательстве остановился, прекратив бешеный натиск. Антикратид, используя момент, дважды достал голову противника верными, но недостаточно сильными для мгновенной победы ударами.

Теперь радостно взревели те, чьи симпатии были на стороне долговязого угловатого юноши.

— Эй, Лисикл, побереги своё личико!

Ксандр испытывал глубокую благодарность к Антикратиду, сумевшему кулаками стереть презрительно-высокомерную улыбку с лица Лисикла. Было заметно: обманутый расчётом на быструю победу, он серьёзно злился.

Ирены держались, словно танцуя, на дальней дистанции. Антикратид пресекал попытки противника атаковать, навязать ближний бой или борьбу сериями точных ударов; в то же время сам он всё меньше и меньше ограничивался одной лишь обороной.

Холодная злость Лисикла не мешала ему видеть ошибки противника. Слишком надеется на удары своих длинных ног. Отбив один из них, он стремительно сократил дистанцию и подсечкой сбил Антикратида наземь. Ловкий и гибкий, тот перекатился в падении, избежав захвата, но удар в челюсть настиг его, едва юноша успел вскочить на ноги.

Лисикл поднырнул под ошеломлённого противника, захватил его железным кольцом рук и, подняв, с силой бросил на землю. Поднял, раскрутил мельницей и бросил ещё. И ещё — на этот раз в ров.

Всплеск воды не успел затихнуть, как его молодые волки с рёвом бросились на лишившуюся предводителя агелу.

Ксандр издал стон, словно это ему, избитому, пришлось проехаться лицом по твердокаменной поверхности арены.

— Будь Антикратид потяжелее, так не его, а Лисикла вытаскивали бы сейчас из воды, — высказал своё мнение худой раб.

— Он ещё успеет набрать вес, — согласился с ним гипомейон. — Тогда и посмотрим.

Побеждённый ирен, придя в себя от холодной воды, бился в руках распорядителей, стремясь на арену, где предоставленные самим себе, без надежды на успех, сражались его питомцы.

Ни одного жалобного стона — только крики ярости, ругательства. Сильные тупые удары, тяжёлое надсадное дыхание, треск раздираемой одежды, топот множества ног. Судя по тому, что клокочущая людская масса начала медленно перемещаться в сторону мостика Геракла, оставляя за собой неподвижные или шевелящиеся, большей частью окровавленные тела, агела Лисикла одолевала. Преимущество в одного, но самого сильного бойца, а также наличие предводителя давали о себе знать.