Читаем Козырные валеты полностью

– Ясно, Стогов не просто молчит, чего-то ждет. Он не может бесконечно терпеть произвол каких-то ментов. Властям он не жаловался, мы бы узнали. В конце концов, у него достаточно связей и денег, чтобы элементарно нанять людей, преградить путь Нестеренко, пересчитать ему ребра, а машину сжечь. Потом доказывай причастность к происшедшему чиновника Стогова. В городе беспредел, кого интересует мелкое происшествие? Кстати, Нестеренко раскатывает без всякого прикрытия, я ему приказал в вечернее время из города не выезжать, в темные переулки не соваться. Стогов ничего не предпринимает, не показывает зубы, чего-то ждет. Петр, ты генерал и опытный сыщик, скажи, если чиновник не рассчитывает на вмешательство валетов, то чего он ждет?

– Чего? Чего? – Орлов почесал в затылке. – Ты сам-то бережешься, тебя не шлепнут из-за угла?

– Берегусь, хотя убежден, валеты не мальчики и не бросятся сломя голову. Меня каким-то образом должны подставить, – ответил Гуров. – Без наружного наблюдения они могут знать лишь мой подъезд и двери министерства. «Наружки» за мной нет, да валетам и негде ее взять, а подъезд дома – это для банкиров и журналистов. Ловить профессионала в его подъезде могут лишь отморозки с «калашниковыми», никак не профессионалы. Забыл главное, Петр. – Гуров вытянул руку, указал пальцем. – Сегодня же нам необходимо современное прослушивающее устройство.

– Будет, – Орлов черкнул в блокноте. – Что еще?

– Терпение. Дай нам бог терпения, – ответил Гуров.

Валеты объезжали кафе и небольшие рестораны. Они лишь мельком заглядывали в зал, тщательно обследовали подсобные помещения, задние двери, через которые доставляют продукты. Валеты искали то, что им нужно. Несколько лет назад они в Риме ликвидировали в ресторане крупного мафиози, которого тщательно охраняли, и отлично помнили, как там были расположены различные подсобки, кладовки и комната хозяина. У русских все было устроено иначе. Наконец они остановились на небольшом ресторанчике, расположенном в доме прошлого века. Оглядывая его, валеты представились коммерсантами из провинции, желающими у себя открыть ресторан и оборудовать его по последнему слову техники, но недорого. Хозяин был рад помочь коллегам, водил их по подсобкам, показывал свое нехитрое хозяйство.

Валетам все понравилось, особенно их устраивало, что из кухни имелось две двери в кладовку, также два выхода имелись из здания, один вел во двор, другой – в переулок.

Иван вновь вернулся к раздаточной, из которой был виден зал.

– Столик у левой стены удобнее всего, – сказал Иван.

Кирилл не ответил, осмотрел диспозицию, отступил вовнутрь, прошел во двор, вернулся, через другую дверь вышел в переулок.

– Машину оставим здесь, – Кирилл указал место. – Сколько у мента может быть охраны? Ну трое максимум. Самого и одного из охранников уберем сразу, значит, сюда в крайнем случае выскочат двое, ну трое. У нас будет от пяти до десяти секунд на отъезд. Нет проблем.

День начался обычно. Гуров поднялся рано, в начале седьмого, все делал не торопясь, несколько заторможенно. Силовая гимнастика, душ, бритье, у зеркала он задержался, долго смотрел на свое отражение, словно не узнавая, думал, что надо сходить в парикмахерскую, седые волосы на висках торчали. Он долго и особенно тщательно причесывался, выводил пробор, но зрелый мужик, смотрящий на него с некоторым любопытством, моложе от этого не стал.

Погладил брюки, повесил костюм на плечики и позвонил Орлову домой.

– Здравствуй, Петр, я, кажется, приболел, задержусь, может, вообще останусь дома.

Генерал был опытный сыщик, все понимал с полуслова.

– Мандраж? Нормально, главное, не оставайся равнодушным. Прислать к тебе Станислава? Парень тебя развлечет, главное, не пей ни рюмки, – Петр помолчал. – Может, откажемся, черт с ними, с валетами, всех убийц не перехватаешь?

– Не говори ерунду, Петр, – раздраженно ответил Гуров. – Это моя работа.

– Уверен, ты не выйдешь из дома, не позвонив, ты достаточно взрослый мальчик, – сказал Петр.

– Взрослый, почти старый. Пока. – Гуров положил трубку.

Ситуация складывалась не новая, но каждый раз она предельно раздражала сыщика. Близкие люди начинали вести себя фальшиво. Все заботились о его здоровье и жизни, призывали к максимальной осторожности, даже к отказу от операции. А ведь они прекрасно знали, что Гуров не умеет пятиться и никогда не свернет в сторону. Зачем, спрашивается, пустые слова говорить? Будто они страхуются и в случае плохого исхода, то есть если его убьют, могут сказать себе: «Я предупреждал, просил, предлагал отказаться, но ведь Гурова не убедишь, и он имеет только переднюю скорость».

Да он бы с радостью отказался, давить на газ и рисковать надоело, не десять или двадцать лет назад, когда острая ситуация лишь подбрасывала адреналина в кровь.

Сыщик налил себе вторую чашку кофе, закурил первую сигарету. Хватит размазывать кашу по тарелке, сосредоточься и думай. Ведь удавалось порой просчитать ходы противника и встретить его неожиданно. Поставить себя на место киллеров. Думай, думай.