Читаем Козлоногий Бог полностью

Этого они никак не ожидали. Хью, безусловно, можно было признать сумасшедшим, с этим не было проблем; но, по-видимому, он будет считаться таковым только до тех пор, пока доктор Хьюз получает свои двадцать гиней в неделю; если выплаты вдруг прекратятся, Хью сразу же признают нормальным, и тогда его доверенным лицам придется отчитаться за все потраченные со счета деньги. Но ограничится ли доктор Хьюз двадцатью гинеями в неделю? Аппетиты шантажистов обычно растут очень быстро, стоит только начать выполнять их требования.

Но если они обратятся к любому другому специалисту, чтобы избавиться от этого злополучного Хью, тут же объявится доктор Хьюз и заявит, что Хью никакой не псих, и где тогда они окажутся? Отдал пенс, придется отдать и фунт. Решение безумных проблем требует безумных затрат. Они должны сделать все возможное, чтобы заключить максимально выгодную сделку с доктором Хьюзом.

— Двадцать гиней в неделю это невероятно много, — сказала леди Пастон, но ее голос стал куда более мягким, чем был до этого.

— Вы просите меня взять на себя огромную ответственность, — ответил доктор Хьюз.

— Я думаю, что двенадцать гиней в неделю будет вполне достаточно.

— Этих денег недостаточно для того, чтобы я взвалил на себя такую обузу. Мистер Пастон относится к тому типу пациентов, которые вечно пытаются сбежать и могут быть очень опасными, если пытаться их удерживать. Придется приставить к нему специальных людей. Мне также потребуется компенсация любых судебных расходов, в которые он может меня втянуть; такие пациенты питают особую страсть к судебным тяжбам.

— Всё это совершенно ему не свойственно. Он никогда не сделает ничего такого по своей собственной инициативе.

— А если какой-нибудь его друг забьет тревогу?

— У него нет друзей, за исключением воображаемых. Все они были друзьями его жены, а теперь, конечно же, их дружбе пришел конец.

— А его юристы?

— Я уже разговаривала с ними. Они совершенно не против; они лишь хотят продолжать и дальше заниматься его делами, и это меня полностью устраивает.

— Ммм. Да, понятно. Возможно, ему самому будет лучше, если его признают ненормальным. С этим, похоже, не возникнет никаких проблем. Я переговорю с доктором Джонсоном и узнаю его мнение на этот счет. Он знает его дольше, чем я. Пусть решающий голос будет за ним. Если он сочтет это целесообразным, то я не стану препятствовать.

Таким образом, для того, чтобы еще раз замуровать Хью живьем, всё было подготовлено и история вот-вот должна была повториться, но в этот момент на сцену вышел Джелкс и встал в центре комнаты, упершись руками в бока.

— В какие сраные игры вы вознамерились играть? — бросил он доктору Хьюзу, который подпрыгнул на месте так, как если бы его укололи булавкой. — Вы всерьез собираетесь издеваться над ним за двадцать гиней в неделю, которые будете получать до бесконечности?

— Дорогой мой, уважаемый сэр, я понятия не имею, о чем вы говорите, но ваш тон очень оскорбителен, поэтому я вынужден возразить.

— Вы что, подслушивали у замочной скважины? — рявкнула младшая сестра Хью, которой не было свойственно,в отличие от ее матери, играть роль благоразумной и самоотверженной леди.

— Нет, не там; просто окно было открыто, а вы все голосили, как павлины.

— Тогда почему вы не отошли в сторону, если понимали, что здесь обсуждаются личные вопросы?

— Потому что, как бы то ни было, а один друг у Хью Пастона всё-таки есть.

Доктор Хьюз первым пришел в себя.

— Вы полагаете, что незаинтересованный человек станет отрицать, что мистер Пастон не совсем в порядке?

— Может и так, я не спорю, — ответил Джелкс, нахмурив свои густые брови и выглядя довольно грозно, — И все же незаинтересованный человек не станет пытаться признать его психопатом, потому что он таковым не является. Психопатология — это то, с чем я знаком не по наслышке. А вам я расскажу одну историю, которую вы, похоже, не слышали — о том, как недавно один парень получил штраф в двадцать тысяч фунтов за то, что признал сумасшедшим человека, который таковым не был — но вы, скорее всего, слышали об этом, раз упомянули о возмещении ущерба. Простите мне это замечание, но вы сейчас находитесь всего в одном шаге от пропасти.

Доктор Хьюз смотрел на него с презрением. Ради двадцати гиней в неделю придется потрудиться. Для того, чтобы балансировать на краю пропасти, требовались крепкие нервы, да и к тому же делать это пришлось бы на глазах у таких неприступных и неподкупных свидетелей, как Джелкс.

Он повернулся к сопровождавшим его женщинам.

— Полагаю, милые леди, сейчас нам лучше уйти. Пока мы все равно не можем сделать ничего больше.

Выходя друг за другом из комнаты, они одаривали Джелкса взглядами, полными ненависти.