Она не успела выстрелить. Незнакомец, сотрясаемый конвульсиями, рухнул на пол и тут же затих. Из разбитой лампы еще сыпались искры. Обугленные обломки шприца валялись рядом.

Скалли издала изумленный возглас. Контакт длился доли секунды — его могло хорошенько тряхнуть, но чтобы вырубить!.. Притворяется? Скалли медленно двинулась вперед, целясь лежащему в голову. Его руки как-то странно заплелись за спиной, глаза открылись еще шире. Голова была свернута на сторону… и Скалли увидела на его шее знакомое красное пятно. Точно такое же было у Перри Стэнтона. И у Джона Доу.

По-прежнему держа револьвер наготове, Скалли опустилась на одно колено и пощупала пульс поверженного незнакомца. Ничего! Поднатужившись, она перевернула его на спину и начала делать непрямой массаж сердца, отчаянно пытаясь привести в движение мускулистую грудь.

Когда прошло несколько минут, Скалли наконец поняла, что все это ни к чему. Незнакомец был мертв. Он не выдержал ничтожный электрический разряд, после которого выжил бы даже кролик. Точь-в-точь как Перри Стэнтон.

Скалли вновь посмотрела на красный круг, состоящий из тысяч мельчайших точек. Все совпадает — и симптомы, и причина смерти. Непонятно только, почему эти люди умерли от сверхслабого электрошока. Придется срочно делать вскрытие. Скалли надеялась, что Филдинг предоставит ей операционную в клинике…

И вдруг она тихо вскрикнула. Клиника! Там же Малдер разыскивает подземные туннели. Если к ней послали этого типа со шприцем, наверняка кто-то охотится и за Малдером.

Мгновение спустя, позабыв о пережитом потрясении, она бросилась к дверям.

22

Малдер хотел закричать, но не успел. Огромная черная тварь прыгнула ему на грудь, и морда с увеличенным в десятки раз волчьим оскалом нависла над его головой. Малдер не мог оторвать глаза от красных спиралей, вибрирующих в зрачках чудовища. Щелкнули громадные клыки, и из отвратительной пасти полилась смрадная, затхло-желтая слюна.

Но монстр не прикончил его клыками — он припас куда более изощренную пытку. К Малдеру хищно потянулись десятки щупалец. Они впились в кожу и начали сдирать ее длинными полосами. Малдер забился, пытаясь вырваться, но тварь была непреклонна. Пожиратель кожи проспал столько лет и проголодался. «Нет, мразь, так просто ты меня не возьмешь!!» — заорал он из последних сил…

Малдер открыл глаза. Кошмар рассеялся, но в горле стояла тошнота. Он хотел вскочить, но почувствовал, что прикован к кровати. Вскоре голубоватый свет люминесцентных ламп пробил туман, застилавший глаза. Едва увидев сводчатый потолок, Малдер вспомнил, где он находится. Подземная палата!

С трудом сглотнув тягучий комок, Малдер сдержал приступ рвоты. Сколько же он здесь лежит? По отсутствию боли в конечностях можно предположить, что не более двух часов. Толстая капроновая тесьма перехватывала его руки и грудь, другая, точно такая же, притягивала к кровати ноги в области колен. Малдер мог пошевелить ладонями и ступнями, но это только усиливало ощущение беспомощности.

Он попытался вспомнить, как все произошло. Те трое расправились с ним без труда. Но в одного из них он стрелял, причем два раза в упор. Промазал? Невероятно! А красное пятно у него на шее! А затуманенный взгляд! Все в точности, как у Стэнтона. Или у Джона Доу.

Малдер глубоко вдохнул — и медленно выдохнул, успокаивая взвинченные нервы. В таком положении тратить силы на теоретизирование недопустимо. Он вспомнил дьявольскую улыбку на лице полукровка — признак контролируемого психоза. Такое лицо бывает у маньяков-убийц, долго и успешно скрывающихся от правосудия. Скорее всего мальчишка — сын Эмайла Палладина, о котором рассказывал бедняга Троубридж. Именно он отомстил ни в чем не повинной семейной паре за чрезмерное радушие и словоохотливость. Но как же Скалли? Она ведь даже не догадывается, какая ей грозит опасность!

Малдер отчаянно изогнулся, но тесьма оказалась крепкой, как парашютные стропы. «Слабак! — подумал он, падая спиной на кровать. — Не сумел защитить ни себя, ни напарницу! И теперь вам конец!»

Но конец ли? Внезапно его осенила поразительная мысль. Повернувшись, насколько позволяла тесьма, Малдер ощутил в боковом кармане твердый предмет — тот самый пузырек с чудодейственной жидкостью, который дал ему монах. Если как следует потянуться, можно попробовать достать.

И это ему удалось. Притиснув к себе флакон, Малдер открыл крышку, и все пространство вокруг заполнил омерзительный запах тухлятины. «От этого кожа становится невкусной», — вспомнил Малдер слова юного монаха. Неловким движением он тряхнул пузырек горлышком вверх, стараясь залить себя как можно сильнее. Вонючая жидкость растеклась по груди, несколько капель попало на лицо и шею. Снова накатилась нестерпимая тошнота, но Малдер знал, что мучит себя не напрасно. Наверное, Пожиратель кожи в самом деле миф, но пусть его кожа пахнет как можно противнее. На всякий случай.

Внезапно послышались шаги. Малдер замер. Кто-то вошел в палату — хорошо еще, что носилки со всех сторон были загорожены ширмой. Малдер сунул пузырек под ногу и крепко прижал к носилкам.