Читаем Ковпак полностью

За первый месяц колонна, обогнув с севера Ровно, повернув затем на юг, миновав Тернополь, прошла на запад к Днестру 600 километров. По дороге партизаны пустили под откос 12 вражеских эшелонов, взорвали столько же шоссейных и железнодорожных мостов. На этом периоде рейда движение колонны осуществлялось обычным порядком, который сам Ковпак описывал следующим образом:

«За время маневренных действий у нас постепенно выработались свои железные законы партизанского марша. Выступать в поход с наступлением темноты, а при дневном свете отдыхать в лесу или в глухих селах. Знать все, что делается далеко впереди и по сторонам. Не идти долго в одном направлении, прямым дорогам предпочитать окольные, не бояться сделать крюк или петлю. Проходя мимо крупных гарнизонов врага, прикрываться от них заслонами. Небольшие гарнизоны, заставы, засады уничтожать без остатка. Ни под каким видом не нарушать в движении строй, никому не выходить из рядов. Всегда быть готовыми к тому, чтобы через две минуты после появления врага походная колонна могла занять круговую оборону и открыть огонь на поражение из всех видов оружия. Одни пушки выезжают на позиции, а другие тем временем бьют прямо с дороги. Главные силы идут глухими проселками, тропами, дорогами, которые известны только местным жителям, а диверсионные группы выходят на большаки и железнодорожные линии, закрывают их для противника — рвут мосты, рельсы, провода, пускают под откос эшелоны. Там, где идет ночью партизанская колонна, — тишина, а далеко вокруг все гремит и пылает. Вступаешь в село — подымай народ на борьбу, используй для этого все — листовки, радио, агитаторов, вооружай местных партизан, учи их своему опыту, чтобы завтра, когда будешь далеко, позади тебя не затухало пламя пожаров, не умолкал грохот взрывов. Ни в коем случае не говори: «мы — путивляне», «мы — шалыгинцы», «мы — глуховцы», забудь названия своих районов. Никто не знает, куда мы идем, и никто не должен знать, откуда мы пришли. Весь народ воюет. И мы только струйка в грозном потоке народа. Пусть враг попробует найти нас». Сколь эффективна была эта тактика, можно судить хотя бы по тому факту, что выход соединения Ковпака к Днестру в первых числах июля явился для гитлеровцев полной неожиданностью! Дед настолько мастерски маскировал движение колонны, что и взорванные мосты, и пущенные под откос эшелоны, и разгромленные гарнизоны немцы приписывали местным партизанским отрядам. Более того, когда Ковпак появился у города Скалата, они приняли партизан за… небольшую группу десантников-парашютистов! Подразделение жандармов пошло на двухтысячное соединение ковпаковцев, укрывшееся на опушке леса, в психическую атаку! Их подпустили настолько близко, что можно было различить цвет глаз, и буквально скосили. Задние цепи гитлеровцев, обратившиеся в бегство, уничтожил перешедший в атаку кавалерийский эскадрон Ленкина — «Усача».

Вот краткий перечень дел, совершенных ковпаковцами в последующие несколько дней.

Взорваны мосты на шоссе Тернополь — Волочиск. Взорваны все мосты в Скалате и окрестных селах.

В Скалате уничтожены хлебозавод, электростанция, множество автомашин и мотоциклов, роздано населению захваченное на немецких складах продовольствие, освобождено обреченное на истребление население еврейского гетто.

В бою у леса Малинник уничтожено до 150 гитлеровцев, захвачено восемь пулеметов, много винтовок и автоматов.

Разгромлен фольварк в селе Останове, взято 200 лошадей, много скота.

С чисто военной точки зрения рейд проходил пока что успешно, но некоторые другие обстоятельства держали и Ковпака, и Руднева, и Базыму, да и весь личный состав соединения в постоянном напряжении: обстановка на территории, по которой шло соединение, была чрезвычайно сложной. Население этих районов было многонациональным, издавна здесь жили и украинцы, и поляки, и русские, и евреи. Встречались чешские поселения и хутора немецких колонистов… Гитлеровцы изощренно, используя самые подлые, провокационные методы, натравливали различные группы населения друг на друга. На пути ковпаковцев встретилось польское село, все население которого от грудных детей до стариков было вырезано бандой, организованной и руководимой гестапо. Попадались и украинские села, дотла спаленные польскими полицейскими. Два ковпаковских разведчика были подло, из-за угла убиты бульбашами. Другое отделение разведчиков пало от рук агентов польского эмигрантского правительства.