Читаем Коварство без любви полностью

– Как это? – не понял Степа. – Агрессивность вроде бы исключает покорность.

– Не всегда, – живо возразила Карина. В этой женщине, подметил Степа, странным образом уживались девчоночий максимализм и вполне здравый рассудок взрослой женщины. – Клаве потерять работу равносильно смерти, она ничего не умеет, кроме как играть. Когда у человека есть характер, он ставит перед собой новые цели, идет к ним. У Клавы характер на дне бутылки, потому и бросалась на всех, кто противостоял директору, как оголтелая фурия. Она отрабатывала право на место в театре, вот и все.

– Но тем не менее ее хотели отравить, подложили в сумку водку с ядом.

– Да что вы! Этого я не знала. Мне рассказали, что они пили с Галеевым, тот умер. Значит, достала кого-то. Хотя не понимаю, зачем травить Овчаренко, у нее ведь рак.

– А вы не предполагаете, кто в театре способен на убийство? – Карина задумалась, а потом отрицательно покачала головой. Степа спросил: – А как случилось, что Ушаков ушел к другой женщине?

Карина поднялась, поежилась, как от холода, отошла к противоположной стене, некоторое время постояла у нее спиной к Степе. Ее порыв был связан с накатившими слезами, которые она прятала от него. «Сильная женщина», – оценил он. Затем она вернулась к столу, достала сигарету.

– Пагубная привычка, еще с театра, – оправдалась, прикуривая. – Каждый день бросаю, с этой мыслью ложусь и поднимаюсь.

– Вам можно позавидовать, – улыбнулся он. – Это значит, у вас нет серьезных проблем, иначе вы думали бы о них, а не о сигаретах.

– Проблемы-то есть... а впрочем, вы правы. Когда на человека наваливаются беды, он пьет, курит и не думает о здоровье. А когда у тебя все складывается удачно, хочется жить, радоваться. Я ведь одно время тоже пила.

– Не верю.

– Правда, правда. Это было, когда меня третировали в театре. И муж пил. Сядем дома и потягиваем... Вот дураки были.

– А у вашего мужа дела как сложились?

– Работает в фирме у приятеля его заместителем, занимаются оптовыми поставками бытовой техники не только в наш город. Часто ездит за границу, учит языки.

– Я думал, он вам помогает.

– Помогает. Советами. И все-таки я презираю бывших коллег, – вернулась она к прежней теме. – Виталька был спонтанным человеком, с повышенной эмоциональностью, на этом и сыграли. У них не было детей, Лена сделала аборт, опять же из-за роли! Надеялась, что потом, когда-нибудь, еще родит, ан нет. Когда дома тебя ждет родное чадо, перипетии легче переносятся. А Ушаковы остались в вакууме, одни. Эра Лукьяновна, черт бы ее побрал, добивала Ленку и Виталика новыми судами. И артисты, гниды, выступали свидетелями в пользу директрисы, потом пробегали мимо, пряча глаза. Эпоха два спектакля сняла с репертуара, в которых Ушаков играл главные роли. Тогда-то Виталька сломался, пил, уходил из дома после скандалов, потом возвращался, начиналось все сначала. Лена как-то быстро сдала, постарела, перестала следить за собой... но это так понятно. Виталик оказался слабым человеком, испугался, что его выкинут, а он не сможет найти себе применение. Принялся заискивать перед Эпохой, а это явилось опасным симптомом для Юлика, понимаете, к чему веду? Поскольку Виталик мог отнять первенство в борьбе за мощи Мессалины и по всем внешним показателям выигрывал, Юлик его быстренько приручил, подпаивал и подсунул Аннушку.

– Кажется, Юлиан тоже пьющий...

– Ха! Запойный! Эпоха только и делает, что по врачам его возит да кодирует.

– А как можно подсунуть кого-то?

– Наивный вы, – усмехнулась Карина, потом заговорила грустно. – Это делается ненавязчиво. Подлый ум всегда ненавязчив. Юлик взял в оборот Ушакова, «открывал» ему глаза на «бездарную жену, которая мешает его карьере». А потом дал в новой пьесе роль любовника, его партнершей была Аня, молоденькая актриса. Ну, такое часто бывает: играя любовь на сцене, актеры начинают испытывать симпатию друг к другу, однако далеко не всегда симпатия заканчивается романом. А тут режиссер давал мизансцены с откровенными поцелуями, валянием на кровати, раздеваниями... В сложившихся обстоятельствах репетиции повлекли за собой бурный роман. Виталик искал повод поссориться с Леной, а потом ушел к Анне в общежитие. Ленка была раздавлена полностью, у нее остался один спектакль «Коварство и любовь» да пара выходов. Но на роль Луизы недавно назначили Анну. Короче, в недалеком будущем ее опять выставили бы на сокращение. Вот, пожалуй, и все. Мерзко.

Помолчали. Степа переваривал услышанное, закладывал в память, вычленяя из сумбурного рассказа Гурьевой последовательность событий. Карина закурила вторую сигарету, нервно мяла ее.

– Мда, садизмом попахивает, – сказал Степа. – Честно скажу, ваш рассказ впечатлил и немного огорошил. А чем вы объясняете подобную тягу к психологическому садизму?