Ричард Португальский, Валентин Рунов

«Котлы» 45-го

Введение

Великая Отечественная война остро поставила перед советским руководством задачу разгрома противника. Но на практике решить ее оказалось очень не просто. Сказалась нехватка сил, а еще больше – военного искусства. Поэтому в первых наступательных операциях мы только смогли несколько оттолкнуть противника. Но вражеские потери при таком способе действий оказывались незначительными. В последующем, создав танковые армии, советские войска получили возможность преследовать противника, наносить удары ему не только с фронта, но выходить на фланги и даже заходить в тыл. Создались условия для окружения крупных группировок врага с целью их последующего разгрома или пленения.

Окружение как один из способов вооруженной борьбы человечеству было известно давно. Впервые его применил во время 2-й Пунической войны недалеко от Канн еще в 216 г. до н. э. карфагенский полководец Ганнибал. Используя кавалерию, ему удалось осуществить охват обоих флангов армию римлян, которые за 12 часов боя потеряли 48 тыс. убитыми и около 10 тыс. пленными. Потери карфагенской армии составили менее 6 тыс. человек.

С тех пор «Канны» стали синонимом окружения и разгрома крупной группировки противника в последующие тысячелетия в истории войн, исходом которых стало окружение с дальнейшим уничтожением или пленением врага. И эти окружения по мере совершенствования средств вооруженной борьбы приобретали все больший размах.

Существуют сведения, что Александр Невский применил окружение при разгроме немецких рыцарей на Чудском озере в 1242 г. Позже военачальники различных стран практиковали окружение (осаду) городов-крепостей, которые брали штурмом или измором.

С появлением массовых армий возрождается практика древних Канн – окружение и уничтожение сил противника в чистом поле. Примером такого способа разгрома противника, в частности, стали операции русских войск в Отечественной войне 1812 г. Тогда крупные силы французов были окружены под Вязьмой (потеря убитыми и пленными свыше 19 тыс. человек), под Ляхово (потеряли более 10 тыс. человек), под Красным (потеряли 6 тыс. убитыми и 26 тыс. пленными).

В первой половине XIX в. были разработаны теоретические основы подготовки и проведения операций на окружение и уничтожение противника. Немалая заслуга в этом принадлежала прусскому генералу К. Клаузевицу, который в 1812–1813 гг. находился на русской службе. Свои рассуждения по этому вопросу он изложил в труде «О войне», который был издан на немецком языке и изучался до революции в военных академиях. В Советском Союзе он появился в переводе на русский язык только в 1937 г.

Это не значит, что в 20-е и 30-е гг. советские военачальники игнорировали такой эффективный способ разгрома противника, как окружение. Многие из них помнили, как в 1914 г. в результате окружения немцами была разгромлена 2-я русская армия генерала А. В. Самсонова, как была окружена и пленена крупная группировка турецких войск генералом Н. Н. Юденичем в 1915 г. в ходе Саракамышской операции.

В 1939 г. операция на окружение японских войск была проведена советскими войсками под руководством Г. К. Жукова на реке Халкин-Гол. При проведении этой операции решающую роль выполнили подвижные танковые соединения, которые (как и конница Ганнибала) действовали на флангах и наступали по сходящимся направлениям. Но уже в ходе этой операции, в целом завершившейся успешно, был поставлен ряд серьезных вопросов, которые требовали неотложного решения. В частности, операция на реке Халкин-Гол и начавшаяся Вторая мировая война дали толчок к развертыванию в РККА механизированных корпусов, в каждом из которых должен был насчитываться 1031 танк. Эти корпуса, действуя в рамках глубокой армейской наступательной операции, должны были развивать прорыв переднего края обороны противника, осуществленного пехотой, и стремительно развивать наступление в глубину, выходя на фланги, заходя в тыл вражеской группировки и тем самым создавая условия для ее окружения.

Но это была только теория. На практике советское командование никогда не управляло такими крупными подвижными соединениями, да и не имело средств для управления ими. Вполне понятно, что в ходе глубокой и высокодинамичной операции на окружение рассчитывать на проводные средства связи не приходилось, а радиостанций было очень мало, и работать с ними умели единицы.