Читаем Кот в ужасе полностью

Кто-то бежал по склону, топча высокую сухую траву. Судя по его сопению, зверь был немаленький.

Высоко над землей они были в безопасности от собак и койотов. Но кугуары умеют лазать по деревьям. И теперь в слабом свете новорожденной луны они разглядели бегущую тень. Зверь был ростом с пуму, крупный и быстрый, то и дело появлялся и исчезал в разросшихся на склоне садах.

Но бежал он не как пума.

— Собака, — прошипел Джо. — Это всего лишь собака.

Однако зверь был крупным и бежал целеустремленно, словно охваченный каким-то наваждением. Он что, охотился на них? Учуял свежий кошачий след? В ночной тишине его сопение было столь отчётливым, а намерения столь очевидными, что кошки предпочли забраться повыше в темную крону дуба.

В противовес общепринятому мнению, некоторые собаки довольно ловко могут лазать по таким раскидистым деревьям, как это. Им не раз приходилось видеть, как охотничья собака в пылу погони за енотом сама взбирается на дерево. Дульси озабоченно посмотрела на Кисулю, поскольку волновалась за малышку.

«Однако она уже не маленькая», — вдруг поняла Дульси. Только сейчас она заметила, что Кисуля уже не котёнок. Теперь она была размером с Дульси и, похоже, продолжала расти. И Дульси хорошо знала по их шуточным потасовкам, что мышцы малышки тверды как камень. Кисуля тем временем точила когти о грубую кору и смотрела на бегущую внизу собаку горящими глазами, словно дожидалась удобного случая спикировать вниз на собачью спину и разодрать незваного гостя на мелкие клочья.

Казалось, только вчера Джо и Дульси нашли её на Вельмином холме — крохотный комочек, кожа да кости — испуганную, постоянно гонимую более крупными сородичами и оттого вечно голодную. Это было странное существо: сейчас она могла умирать от страха, а спустя секунду безрассудно и дерзко бросалась в новое приключение.

Но с тех пор прошёл год. Год назад Джо увидел свалившийся с утеса автомобиль и нашёл в нем мёртвого водителя. Год назад Люсинда Гринлоу похоронила своего убитого мужа и влюбилась в его дядю Педрика. А потом Люсинда вышла за него замуж, они забрали Кисулю к себе и отправились вместе с ней путешествовать. Малютка была в таком волнении — шутка ли, увидеть весь мир! Однако очень скоро ей пришлось вернуться — бедняжку моментально укачивало в машине. Трижды Гринлоу предпринимали попытки взять её с собой и трижды привозили полумертвую Кисулю обратно.

И поэтому почти год назад Люсинда навсегда отдала маленькую пёструю кошечку Вильямс, а пожилые новобрачные со спокойной душой отправились путешествовать.

«А ведь она выросла», — подумала Дульси грустно. Этот факт вкупе с буйным и непокорным нравом Кисули внезапно заставил Дульси почувствовать не только одиночество, но и острую тревогу.

Если малышка почувствовала, что она уже взрослая и ей не нужно подчиняться старшим, что тогда она может наделать?

Дульси глядела с ветки на большого пса, который словно тень сосредоточенно бежал по их следу, и к нормальному кошачьему страху перед незнакомым зверем примешивался весь тот страх который накопился в ней за этот чрезвычайно странный день. Страх перед трагедией, которая чуть не произошла. И страх от той безрассудной отваги, с которой Кисуля бросилась предотвращать белу.

Жизнь вдруг показалась Дульси огромной и непреодолимой. Она почувствовала себя совершенно растерянной. Она, Джо и Кисуля — одни в этом необъятном мире. Непохожие на своих сородичей, не совсем кошки, но и не люди, наделённые талантами тех и других. Может, они и впрямь были, как сказал однажды Джо, просто шуткой великого кошачьего творца? Может, он создал их напоследок только лишь ради непонятной забавы, для собственного развлечения?

Ей в это не верилось.

И почему сегодня ночью её мысли столь пугающи? Этот ужасный взрыв расстроил её больше, чем казалось вначале.

— Он уходит, — сказал Джо, всматриваясь в удалявшегося вниз по холму пса. Они глядели ему вслед, пока тот не исчез среди коттеджей. Все собаки на улице залаяли. Собачин лай сопровождал перемещение зверя, квартал за кварталом, в сторону города. Местные псы единодушно решили разнообразить свою скучную жизнь, радуясь любому новому развлечению.

Когда пёс исчез и лай умолк, кошки спустились с дерева и отправились на охоту. Бесшумно двигаясь в ночной тишине, было несложно вспугнуть кролика в высокой траве, загнать и убить его. Еда на свадьбе была чудесной, но она ни в какое сравнение не шла с великолепной свежей крольчатиной. В три часа утра, судя по бою часов на башне, эхом разлетевшемуся по окрестным холмам, они уселись в траве, чтобы разделить между собой третьего кролика. И в этот момент тишину прорезали два далеких выстрела.

Кошки прекратили есть.