Читаем Кости внутри полностью

— Не меня, — крикнула Галина. — Хвалите моего мужа. Это варил маг солнца, и он решил поделиться со всеми вами.

Оловянные и деревянные кружки поднимали в честь Гетена. Похвала становилась теплее, пока отряды пили лучшую медовуху Ранита. Многие еще не пробовали такое.

Гетен кивал и молчал, скрестив руки, глядя на Галину, шагающую среди солдат, спрашивающую о ранах, слушающую истории о храбрости.

— Откуда нам знать, не отравлено ли это?

Скрипучий голос заглушил вопли толпы, истории и похвалу.

Старый солдат, в котором Галина узнала члена старой стражи короля Вернарда, стоял в центре площади деревни, сжимая пояс, хмуря морщинистое лицо.

— С чего бы напитку быть отравленным? — спросила она.

Он указал на Гетена.

— Это не человек. Это чудовище, смерть в его тени. Слуга Скирона, — он оскалился и сплюнул на землю. — Вы взяли демона в постель, и за это платит весь Урсинум, Красный клинок.

Галина осушила свою кружку.

— Если это отравлено, я умру довольной после пары глотков. Но все мы знаем, что ты ругаешь не Херра-Томрума или Скирона. Ты — еще один старик, который лезет мне под одеяло, который презирает то, что я решила не быть орудием моего отца…

— Или ее брата, — сказал Илькер за ней.

Галина повернулась. Солдаты вокруг них опустились на колено и склонили головы.

— Ваше величество, — она поклонилась.

— Вам нельзя покидать постель, — сказал Гетен. Он не кланялся. Он не должен был.

Илькер сидел на стуле, который несли три крупных солдата.

— Я услышал, что моим солдатам подали лучшую медовуху в Кворегене, я хочу пить.

Кто-то наполнил кружку и вложил ее в руки Илькера. Король Урсинума выпил все, не замедляясь. Когда он опустил кружку, он вздохнул и сказал:

— Даже лучше, чем я помнил. Спасибо, что поделились, лорд Риш.

— Это честь для меня, Ваше величество.

Илькер поднял кружку, и ее наполнили. Он насладился еще глотком.

— Я слепой, но не глухой, и чувства остались, — сказал он старому солдату. — Вы во многом ошибаетесь, вас запутал ваш король, которого обманула сила его мертвого кузена. Я потерял зрение, но стал яснее видеть. Моя сестра мудро решила выйти за мага солнца, и я благодарен ее мужу за верность ей и за то, что он оставался бесстрастным насчет дел королевства. Но то, с чем мы столкнулись сейчас, выше королевства. Мы страдаем по решению богов. Маг солнца укрывает вас, кормит вас, предоставляет медовуху и лекарства. Он решил защищать нас завтра в час нужды Урсинума от жуткого врага и без поддержки богов. Я доверяю ему жизнью и будущим сестры. И я доверяю ему ваши жизни.

Илькер сделал глоток, опустил кружку и добавил:

— И леди Риш права. С кем она спит, ее дело. Она — не вещь, которую можно купить, продать или отдать ради земли или альянса. Она — солдат, Красный клинок Ор-Хали. Она служит по своей воле, и она согласилась быть глазами и мечом вашего короля. Если сомневаетесь, закройте свои вонючие рты и пейте. Или можете пить воду, а остальные будут наслаждаться очень хорошей медовухой.

Солдаты радостно завопили, и кружки снова подняли, в этот раз в честь короля Илькера, его сестры и ее мужа.

Старик хмуро посмотрел на кружку, ворча про мнения капитана Таксина о проклятом маге солнца.

Юджин стоял неподалеку. Он сказал:

— Маг солнца спас жизнь капитану Таксину, спас жизнь короля Илькера и спас жизнь принцессы Галины.

— Больше раз, чем вы знаете, — добавила Галина.

Голос Така зазвучал поверх толпы, он добрался до старого солдата.

— Да, я не люблю лорда Риша. Но я уважаю мага солнца больше, — он стукнул кружкой по кружке соседа. — Я ему доверяю, старик. И ты должен.

Две женщины появились у толпы, тяжело дыша. Разведка Така.

— Капитан, — отсалютовала одна. Он ответил этим же, женщинам дали медовуху.

— Нас окружают, — выдавила она между глотками.

— Отряды окружили лес на западе отсюда, — ответила другая.

— Они пришли жечь лес Хараян, — сказал Гетен.

Гул голосов стал гневными протестами.

Разведчицы кивнули.

— Откуда вы знаете? — спросила первая.

— У леса есть глаза, — просто ответил он.

— И зубы, — добавила Галина, и Гетен улыбнулся, выглядя как опасный волк.

— Огонь не тронет Хараян или Ранит. Больше нет. Я прослежу за этим, — сказал он.

Галина переплела пальцы с его. Она знала, что он вспоминал, как горела базилика со зверями холма внутри. Это все еще причиняло ему боль. Она сжала его руку.

— Мы не можем тут оставаться, — сказал Юджин. — Цитадель сильна, но припасов не хватит для осады, еще и с таким количеством людей.

Галина кивнула.

— Днем мы столкнемся с ними снова.

Ей придется оставаться вдали, управлять и подбадривать, но не биться. От этого ей было не по себе. Она не хотела становиться королевой. Галине нравилось быть в бою, бок о бок и спиной к спине с солдатами. Королевы и короли так не делали. Они были слишком ценными для поля боя. Но Илькер был слепым, и он мог не выжить, хоть и храбрился. Он был бледным и горбился, страдал от заражения, несмотря на магию и лекарства Гетена. Было глупо покидать постель. Ее брат в последнее время совершал много глупостей.

— В этот раз вы будете биться с магом солнца, поддерживающим с полной силой, — сказал Гетен.