Читаем Кости внутри полностью

Копыта их лошадей стучали по брусчатке, люди уходили с дороги, пропуская их. Но пялились жители из-за Галины и Гетена с их светлыми глазами, ее пылающими волосами, их большим конем и двумя спутниками-волками, бегущими рядом с ними.

Галина оглянулась. За двумя стражами сзади начался парад любопытных.

Они миновали золотые ворота, балку поддерживали статуи-близнецы Одного Бога. Они попали в новое кольцо города. Тут брусчатка была белой, вела к цитадели. Здания были или открытыми храмами Одному Богу, или маленькими деревянными домами. Все было выкрашено в белый. Везде был золотой символ — на стенах и дверях — круг с полумесяцами, образующими для него скорлупу, символ Одного Бога, солнце, окруженное лунами. Он представлял небеса и землю, а еще каждое время года, образующее год.

Толпа остановилась у ворот и смотрела, как солдаты замерли перед высокими белыми дверями в лиловых стенах цитадели.

Женщина стояла перед дверями, сцепив ладони у талии, ее платье было из белого шелка, расшитого лиловыми цветами.

Солдаты спешились. Галина и Гетен последовали примеру, Дуэш и Гвин приблизились в Гетену.

Женщина прошла вперед и низко поклонилась.

— Приветствую, почетные гости. Я — Кадан, третья императрица и вторая советника Его императорского высочества Локшина. Кто вы и зачем прибыли?

— Я — принцесса Галина Персинна Риш, герцогиня Риш, Красный клинок Ор-Хали. Это — мой муж, принц Гетен Риш, герцог Риш, маг солнца. Мы ищем аудиенции с императором Локшином, чтобы обсудить военный и торговый альянс.

— Вы точно почетные гости, — женщина указала на хижину неподалеку. — Прошу, примите гостеприимство Его императорского величества. Помойтесь, поешьте, переоденьтесь в наряды без пыли дорог, — она провела их к маленькому зданию. — Отдохните после утомительного пути во Дворе гостей, пока я сообщу о вашем прибытии императору. Вас вызовут.

Они поклонились в ответ и вошли в дом. Слуги суетились, носили их сумки, забрали плащи и даже сапоги.

Они попытались увести Галину в отдельную купальню, но Гетен остановил их.

— Я иду с женой. Вы нас не разделите.

Слуги спорили с ним вежливо и немного встревоженно.

— Вас тоже ждет ванна, милорд.

— Все равно. Пусть остывает. Я ее не оставлю.

Галина была и изумлена, и раздражена. Но когда Гетен был уже близок к тому, чтобы поджечь слуг, она вмешалась.

— Хватит, — сказала она твердым тоном с властью своего статуса. — Вы перечите желаниям императора, когда он выражает их? — они покачали головами и опустили взгляды. — Я так и думала. Но вы сомневаетесь в словах герцога Риша?

Один сказал:

— Мы думаем только о его комфорте, ваша светлость.

Гетен сказал каменным голосом:

— Мне будет комфортно без споров и рядом с моей женой. Ее безопасность важнее всего.

— Вы подозреваете нас в злых умыслах?

— Я думаю, что все опасно, — прорычал Гетен, ему вторили Дуэш и Гвин.

Галина рявкнула:

— Оставьте нас, — и отвернулась. Люди Локшина убежали из купальни без вопросов.

Гетен смотрел, как закрылась деревянная дверь.

— Теряю хватку.

— Ты про властное поведение? — он кивнул. Она пожала плечами, раздеваясь. — Мне нравится, когда они слушаются с первого раза. Мне не нравится использовать тот тон, но их статус ниже нашего, лучше сразу напомнить им об этом.

— У тебя хорошо получилось.

— Ха. Ха. Ты такой смешной.

Он растерялся.

— Да? Я не пытался быть смешным.

Она покачала головой.

— Понадеемся, что мы получим то, за чем прибыли, и быстро. У стен замка есть уши.

— И глаза, — он скрестил руки, отклонился к высокой кадке с водой и хмуро посмотрел на дверь, пока Галина опустилась в теплую воду, всплыла и стала оттирать кожу. — Тебе не нужно меня охранять. Ты можешь оставить волка и чары.

Он покачал головой.

Она перестала тереть кожу, поняв, что он не окружил дом чарами. Ему было не по себе, и это означало, что он не мог призвать магию, чтобы сделать это. Он слишком устал, подавлял остатками энергии желания некроманта.

— О, — сказала она и прижалась лицом к его широкой спине. — Прости. Я не подумала перед тем, как открыть рот, — Гетен сжал ее пальцы. Он молчал. Ему не нужно было говорить. Она погрузилась в воду, чтобы смыть оставшееся мыло, а потом выбралась из кадки и вытерлась полотенцем.

Длинная туника и штаны, оставленные для нее, отличались от всего, что она носила.

— Не знаю, правильно ли я это завязала, — она пыталась затянуть шнурки туники.

Гетен оттолкнулся от кадки и открыл дверь.

— Как тебя зовут? — рявкнул он служанке.

— Нади, — пискнула она.

— Помоги Ее светлости одеться.

Девушка пробежала в комнату, мышка под взглядом голодного ястреба. Гетен нависал над ней, не моргая.

Галина посмотрела на грозного мужа и робкую девушку.

— Ты их всех распугаешь, даже если это не специально.

Он посмотрел так на нее. Она погрозила пальцем.

— Не хмурься. Дни, когда ты мог меня запугать, давно в прошлом.

Гетен вздохнул раздраженно, но и с сожалением в глазах.