Читаем Коснувшись неба полностью

— У тебя возьму — к СБ приставлю, — засмеялся нарком, садясь в автомобиль. Смысл этой шутки стал понятен позже, когда Кобзарева отправили на полтора месяца в командировку в Германию. А потом назначили главным инженером завода № 22.

Тем временем испытания самолета продолжались. Он показал превосходные характеристики. Когда испытания были закончены, все материалы Архангельский сам отвез в наркомат и, вернувшись домой, наскоро поужинал и лег спать. Глубокой ночью тишину его квартиры разорвала тревожная трель телефонного звонка. Первой проснулась Наталья Дмитриевна и, набросив халат, поспешила к аппарату.

— Квартира конструктора Архангельского? — спросил низкий голос.

— Да.

— Александра Александровича?

— Да.

— Где он?

— Спит.

— Разбудите.

Но Архангельский, услышавший разговор, стоял уже рядом.

— Архангельский у телефона, — сказал он, — с кем я говорю?

— С вами говорят из секретариата товарища Сталина. Позвоните ему немедленно. — Голос продиктовал номер.

Архангельский взглянул на часы: было 2 часа. Он назвал телефонистке номер и услышал сначала гудок, а потом голос Сталина.

— Товарищ Сталин, говорит Архангельский. Мне сказали, чтобы я вам позвонил.

— Здравствуйте, товарищ Архангельский, — услышал он глуховатый голос Сталина. — Я хочу вас поблагодарить за то, что вы выполнили свое обещание по СБ.

— Это вам спасибо за внимание, товарищ Сталин.

— Скажите, у вас хорошая квартира, вы ни в чем не нуждаетесь?

— Спасибо, товарищ Сталин, у меня отдельная квартира, я ни в чем не нуждаюсь.

— Так, а автомобиль у вас есть?

— Есть, старенький «бьюик».

— До свидания, отдыхайте. Желаю вам здоровья и успехов в работе.

— Спасибо, товарищ Сталин. До свидания.

А наутро в «Правде» от 29 октября 1938 года сообщалось, что Совнарком премировал авиаконструктора Архангельского А. А. премией в сто тысяч рублей и автомашиной ЗИС. Архангельский, отбросив газету, вскочил и начал одеваться. Скорее на завод.

День на заводе начался с митинга в сборочном цехе, а закончился вечером большим банкетом во Дворце культуры имени Горбунова.

Много тостов было произнесено тогда за здоровье героя дня и многие люди считали за честь чокнуться со знаменитым авиаконструктором.

До Великой Отечественной войны самолет СБ был выпущен самой большой серией — 6656 машин. Их появление в частях ВВС произвело фурор. Известный летчик Герой Советского Союза генерал Алексей Сергеевич Благовещенский в молодости командовал истребительной частью на Дальнем Востоке. О своей первой встрече с СБ он вспоминал:

— На учениях всех предупредили, что против нас будут действовать бомбардировщики. Ну, я поднял свои истребители на перехват. Летим. Видим эскадрилью «противника». Решаю атаковать. Иду на них, а они — от меня. Ничего не понимаю: догнать их не могу. Мотор на форсаже ревет, как бешеный, а они летят. Первый раз вижу, чтобы бомбардировщики летели быстрее истребителей. И даже досадно. Я тогда летал дай бог всякому, в эскадрильи у меня асы были — а догнать их не смогли. Потом уже, после учений, я узнал, что это наши новые секретные скоростные бомбардировщики.

Очень скоро СБ приняли крещение боем в небе революционной Испании.

18 июня 1936 года радиостанция Сеуты передала кодовый сигнал «Над всей Испанией чистое небо». По этому сигналу контрреволюционные генералы под руководством генерала Франко подняли мятеж против Испанской республики.

Тотчас же на помощь Франко пришли Муссолини и Гитлер. Итальянские дивизии спешно грузились на суда. Вместе с ними отправляли и самолеты с пилотами.

Гитлер распорядился немедленно перебросить в Испанию авиалегион «Кондор», укомплектованный лучшими летчиками-добровольцами люфтваффе. Геринг позаботился, чтобы на вооружение легиона были поставлены новейшие самолеты, которые начали сходить с конвейеров авиазаводов Германии.

Если учесть, что собственный военно-воздушный флот Испании был очень слаб, а к тому же значительная часть реакционно настроенных летчиков сразу же перелетела к франкистам, то положение молодой Испанской республики сложилось драматично. Она была практически беззащитна с воздуха, а это приводило к огромным потерям среди мирного населения. В таких условиях правительство Испанской республики приняло две меры. Во-первых, оно обратилось за помощью ко всем странам, согласным ее оказать. Во-вторых, попыталось закупить самолеты, где только можно.

Но правительства Антанты практически ничего не сделали для оказания помощи, играя на руку Гитлеру и Муссолини. Удалось лишь закупить очень небольшое число самолетов во Франции и США. И только советский народ в этих трагических условиях протянул народу революционной Испании руку братской интернациональной помощи.