Золотая таблица мгновенно исчезает вместе с числами. Затем с резким скрежетом каменные ворота распахиваются, открывая взору длинную каменную лестницу, ведущую в темноту.

Глава 19

Туннель то и дело извивается, неуклонно спускаясь вниз, уводя нас всё глубже и глубже под землю. Я создаю Сферу Таримоса – также известную как Чары Света. Теперь, пока мы идём, над нашими головами подпрыгивает и покачивается маленький светящийся шар. Со всех сторон на нас давит густая, тяжёлая тишина.

Похоже, Брюс не на шутку напуган тоннами камня над нашими головами.

– Мы все умрём, – ноет он. – А у меня так никогда и не было пони.

Примерно через пятнадцать минут ходьбы мы оказываемся в тупике. Нам преграждает путь гладкая дверь из дымчатого белого хрусталя. Перед ней на ржавых цепях висят несколько старинных колокольчиков. Слева от двери на небольшой латунной табличке написано:

От фразы «ЧРЕЗВЫЧАЙНАЯ СИТУАЦИЯ» у меня начинает болеть голова. До ужина меньше двух часов. Мы проголодались, нас мучает жажда, и нам нужно вернуть Корону Судьбы в Царство Фейри прежде, чем наши родители решат раз и навсегда запретить нам видеться друг с другом. Я почти уверена, что это можно считать чрезвычайной ситуацией.

Но сначала лучше позвонить в колокольчик – это будет вежливо.

– В который из них? – спрашиваю я у Альфи.

Колокольчики расположены по размеру. Первый величиной с яблоко, а последний больше похож на строительную чугунную бабу, чем на музыкальный инструмент.

– Их снова семь, – радостно восклицает Альфи.

Похоже, Саранон был таким же страстным любителем простых чисел, как и он.

Мы решаем начать с самого маленького колокольчика. В конце концов, не хотелось бы обрушить на нас скалу.

– От этого весь туннель может завибрировать, – говорит Альфи, указывая на самый большой колокол.

Я хмуро киваю. Все звуковые волны – это вибрации, я знаю это из уроков миссис Глок. А громкий, гулкий звук способен вызвать мощную вибрацию, от которой, возможно, треснут своды туннеля. Мы должны быть предельно осторожны.

Я протягиваю руку и дёргаю цепочку самого маленького колокольчика. Он звенит, как обычный дверной звонок. Прекрасно.

Вот только ничего не происходит. Дверь не открывается.

– Как долго нам ждать? – спрашивает Альфи.

У нас нет времени ждать.

Я пробую второй колокольчик. Этот звенит чуть громче, и его звук чуть ниже. Но дверь всё равно не открывается.

Альфи звонит в колокольчик номер три. Этот звучит, как большая кастрюля. Я тотчас вспоминаю об ужине с родителями и грустнею ещё больше. Но дверь всё равно не открывается.

Четвёртый колокольчик напоминает мне рёв моржа, которого я однажды встретила в кафе в Царстве Драконов.

Колокольчик номер пять звучит так громко и так низко, что я кожей чувствую, как стены туннеля начинают дрожать. Я сглатываю ком в горле и жду, когда этот гул прекратится. Мне очень не хочется закончить мою жизнь под миллиардом тонн камня.

– Дорогая! – кричит Брюс. – А вот и я!

Тем не менее к двери никто не подходит.

Я снова читаю надпись на латунной табличке:

– Разбить стекло? – говорю я. – Но как нам это сделать?

Я подхожу к хрустальной двери и хлопаю по ней ладонью. Это всё равно что шлёпнуть по горе.

– Однажды я встречался с оперной певичкой из Атлантиды, – внезапно заявляет Брюс.

Мы с Альфи недоумённо переглядываемся.

– Вот как? – спрашиваю я, стараясь скрыть любопытство.

Вообще-то мне не терпится услышать больше. С тех пор, как мы познакомились, Брюс упорно держит язык за зубами, когда разговор заходит о его прошлой жизни. Не то чтобы у него был язык, конечно… Ну, вы понимаете, о чём я.

– Очаровательная особа, – говорит Брюс. – Кошмарный голос. Она умела раскалывать им бокалы с шампанским с расстояния в десять шагов. Мы встречались неделю, потом она меня бросила. Сказала, что у меня хрупкая личность. Ты можешь в это поверить? Конечно, я был совершенно разбит.

Я пару секунд в упор смотрю на Брюса. Он улыбается мне в ответ, как… ну, как череп. Затем я качаю головой и отправляю его историю в рубрику «Странные вещи, о которых я больше не хочу даже думать».

А вот Альфи погружён в раздумья.

– Каждый колокол издаёт свой уникальный звук, – говорит он. – И все звуковые волны – это вибрации. Колокольчики меньшего размера производят более высокий звук, поэтому волна более короткая, большие колокола производят более низкий звук, с более…

– Более длинной волной! Ну конечно! – Я начинаю радостно приплясывать. – И объём тоже важен, верно? Чем громче звук, тем выше волна. Альфи, помнишь, как задрожал туннель, когда мы позвонили в последний колокол? Что, если мы сможем заставить задрожать и стекло? Звуковые волны – это просто молекулы, верно? Молекулы, которые под влиянием звука движутся вверх-вниз, вперёд-назад. Альфи, мы можем заставить стекло вибрировать, пока оно не разобьётся.