Читаем Королевы-соперницы полностью

— Как вы сами видите, мадам, с этого места в Тауэре можно пойти только двумя путями: вперед или назад. И поскольку она не встретилась вам, когда вы входили, мы можем предположить, что она пошла вперед. — Его руки блуждали в складках юбок графини.

Она отпрыгнула.

— Руки прочь, сударь! Вы едва не обесчестили меня!

— Если бы вы носили не такие пушистые юбки... — проворчал йомен.

— А в этой стране есть женщина, которая их не носит? — Графиня поправила парик, слегка съехавший назад и обнаживший ее лоб. — А слово, которое вы забыли, — пышные.

Одетый с иголочки мужчина, стоявший рядом в очереди, смотрел на нее и улыбался.

— Над чем это, — нахмурилась в его сторону графиня, — вы изволите смеяться, сударь?

— Если не ошибаюсь... — Мужчина вышел вперед. — Вы Анастасия, леди Эшби де ла Зуш...

— Баронесса Пендж, графиня Клэпхемская...

Она автоматически выпалила эти слова и тут внезапно умолкла. Ее перехитрили. Ухмыляющийся тип — это переодетый пристав. Правда, он был совершенно не похож на представителей этого племени — невысокий, хорошо выбрит, одет чисто и элегантно, даже щегольски. И как же молод! Но ведь всегда говорили — силы закона с каждым днем молодеют. А уж этот юнец — что твой чистенький розовый младенец.

Йомен толкнул ее.

— Проходите! — рявкнул он, радуясь возможности закончить, так как следом за графиней в ворота входила особенно красивая дама. — Йомен Партридж! — позвал он другого стражника в красном с лентами наряде. — Можете проводить этих леди и джентльмена.

— Все в порядке, — жеманно проговорила графиня, проворно отходя от означенного джентльмена. — Мне не нужен сопровождающий. Я здесь по делу.

Но йомен уже вел ее дальше в Тауэр.

— Сюда, пожалуйста-э! — Страж Партридж обладал напыщенной манерой речи, что выражалось в прибавлении к концу почти каждого слова продолжительного «э». — Публика-э не может следовать в этих стенах-э своим желаниям без непременного сопровождения-э джентльменом-стражником-э.

И что он хотел этим сказать? Графиня подняла брови, обращаясь к разодетому джентльмену. Тот поднял брови в ответ. Если это должно случиться, если он собирается ее арестовать, то пусть уж арестует — и делу конец. От напряженного ожидания она вспотела. Вот сейчас он налетит на нее со своим проклятым долговым обязательством и бросит во Флитскую тюрьму. Или все же он один из тех, кто за плату гуляет по Тауэру?

— Справа от нас-э печально известные Ворота изменников-э... — Йомен указал на обнесенное стеной водное пространство с большими железными решетчатыми воротами-шлюзом. — Царственные узники попадали сюда-э именно через эти ворота-э.

Графиня судорожно сглотнула, когда вода с ревом водопада хлынула в шлюз. Она невольно вздрогнула и, украдкой глянув на стоявшего рядом с ней шикарного типа, потащилась за йоменом вверх, к лужайке Тауэра.

Совершенно неожиданно молодой человек взял графиню за локоть. Она отпрянула, готовая в любую секунду броситься бежать.

— Вы писательница, миледи, насколько я помню? — произнес он, наклоняясь к ней.

— Ну, я, быть может... — Графиня слабо улыбнулась. — А кто это утверждает?

— Позвольте представиться. — Мужчина протянул руку. — Колли Сиббер,[1] эсквайр. Актер, писатель и бонвиван.

— Конечно, конечно... — Графиня с облегчением благосклонно улыбнулась. Она никогда о нем не слышала, но по крайней мере он не собирается ее арестовывать. — Прошу прощения, если проявила рассеянность, сэр, но я здесь по делу.

— Я тоже! — прошептал ей на ухо Колли Сиббер. — За кем вы охотитесь на сей раз?

Графиня отстранилась. Она ни с кем не собиралась делиться своей историей.

— Возможно, за Анной Болейн? — Мистер Сиббер состроил легкомысленную гримаску. — Или сэром Уолтером Рэли?

Что он несет? Ведь они оба умерли. Как можно написать скандальную историю о человеке, который мертв уже целое столетие?

— Я понимаю. — Сиббер постучал себя по ноздре. — Только приступаете. А я с радостью поделюсь с вами тайной моей нынешней работы.

Они добрались до вершины крутого склона, и йомен, остановившись, продолжил свой заученный рассказ:

— Перед нами-э возвышается внушительное здание цитадели-э, известное под историческим названием Башни Юлия Цезаря-э.

— Внутри, должно быть, очень темно, — заметил Сиббер, разглядывая огромное белое сооружение. — Потому что, посмотрите, там нет ни единого окна. Видимо, здесь хранят порох и оружие.

— Лондонский Тауэр — один из немногих оставшихся-э привилегированных районов города-э. В его пределах любой гражданин защищен от ареста-э. — Он издал смешок. — Что является слабым утешением-э для тех несчастных узников-э, которых мы по долгу службы держим здесь под стражей-э.

— Мне необходимо присесть, — объявила графиня.