Читаем Королевы-соперницы полностью

Приятное состояние души, проистекающее из наслаждения добром, которое мозг в своем восприятии считает собственным, что выражается в чудесном расположении духа.

Лоб гладкий, дуги бровей неподвижны. Глаза открыты, и улыбаются, и ярко сияют. Уголки рта немного подняты, лицо просветленное, губы и щеки красные.

Графиня и Элпью сидели в своих постелях, роясь в сундучке с сокровищами, который дала им Ребекка. Уже занималась заря, но они так и не заснули. Годфри пошел к Никаму «познакомиться с его женой».

— Я рада, что Годфри нашел себе друга, — заметила графиня, глядя в зеркальце и доставая из сундучка маленькую баночку и кисточку.

— Когда я отозвала его в сторонку, чтобы объяснить, что его там ожидает, — сказала Элпью, рассматривая коробочку с подводкой для глаз, — он только пожал плечами и заявил, что жизнь с одной женщиной-чучелом имеет свои преимущества перед жизнью с двумя живыми.

— Я тут думала об этом итальянском ловкаче... ты знаешь, как его имя переводится на английский?

— Синьор Руджеро Лампоне? Понятия не имею, мадам. Я не знаю языков.

— Оно означает мистер Роджер Малина. — Графиня замахала руками, чтобы высушить наложенную основу под грим, и спрятала лицо за поднятой крышкой сундучка. — По-моему, неплохое имя.

— Пожалуйста, миледи, — вздохнула Элпью, не отрывая взгляда от сундучка с добром, — можно я еще раз на себя взгляну?

— Через минуту, дорогая. Мне только надо... — Графиня прищелкнула языком и еще глубже зарылась в сундучок. Потом села. — Эврика!

Элпью с тревогой воззрилась на нее.

— Вы хорошо себя чувствуете, мадам?

На лице графини сохранялось удивленное выражение.

— Ваше лицо представляет собой точный образец одной из Страстей — вылитое Изумление, — сказала Элпью. — Рот слегка приоткрыт, глаза раскрыты чуть больше, чем обычно, а брови...

Она умолкла, потому что внезапно заметила, что как раз с бровями не все в порядке. Графиня очень высоко приклеила новые брови из мышиных шкурок, в результате чего выглядела так, будто пережила страшный шок.

— Тебе не нравится? — Графиня обворожительно улыбнулась, выставив пожелтевшие зубы. — А я думала, они придают мне девическое очарование.

— Уверена, — стараясь быть тактичной, проговорила Элпью, — что, если я пороюсь в ящике, мы сможем подобрать вам что-нибудь более подходящее. Ну, дайте же мне еще посмотреть.

— Элпью, вечно ты со своими взглядами! — Ни с того ни с сего графиня вдруг откинула одеяло, вскочила и вскинула руки, на ее лице было написано идеальное выражение Ужаса. — Пипс! — вскричала она. — Пипс! Я снова это сделала! Забыла пойти к нему на свидание.

— Ну что ж, — вздохнула Элпью. — Это даст ему пищу для нескольких строчек в его дневнике.

— Ты совсем спятила, Элпью? — взвыла графиня. — Сэмюэл Пипс ведет дневник! Да жизнь этого человека — монотонное повторение одних и тех же пустяков. О чем ему писать в дневнике? «Утром встал. Пошел в Адмиралтейство. Поговорил о кораблях. Сходил в театр. Поглазел на актрис. Вернулся домой. Поужинал. Лег спать».

— Миледи, Пипс может подождать, — возразила Элпью, делая глоток французского бренди и откидываясь на мягкие подушки. — Давайте поговорим о более важных вещах.

— Например? — Графиня медленно забралась обратно в постель.

— Например, что нам делать с этими деньгами?

— О, Элпью... — Графиня натянула одеяло до подбородка. — Давай подумаем об этом завтра.