Читаем Королевы-соперницы полностью

— Один момент, сэр. — Ребекка отдала собачку служанке и выступила вперед. — Я потеряла драгоценный весенний день, репетируя вашу белиберду. Означает ли это, что мне не возместят затраченные усилия?

Художник посмотрел на Сиббера. Сиббер смотрел в пол.

— Я могу предоставить вам место бесплатно...

— Бесплатное место! Вы, наверное, смеетесь? — Ребекка подбоченилась и расхохоталась, закинув голову. — Я потратила целый час времени, занимаясь своим прямым ремеслом, и за это мне заплатят. — Вздев бровь, раздувая ноздри и опустив уголки рта, она притопывала ножкой и испепеляла Сиббера взором.

— Смотрите! — завопил итальянец, указывая на Ребекку. — Эта женщина — perfetto! Великая актриса. Она демонстрирует Удивление, тут же сменяющееся Презрением. Magnificento![12]

Элпью украдкой глянула на графиню. Из этого непонятного эпизода можно состряпать замечательную статейку.

— Так скажи мне, Колли, ты хочешь, чтобы Страсти показывала эта второсортная лицедейка? — Ребекка Монтегю явно намеревалась воспользоваться моментом. — Вот, посмотри на ее лицо... еще едва заметную, но ты уже различаешь понемногу проступающую на нем Ревность. — Ребекка внезапно повернулась к Анне и с размаху влепила ей пощечину. — Так... Физическая Боль, сменяемая Изумлением... — Она отступила на шаг. — Что же будет дальше? Или Плач, или Злость, я полагаю.

Закрыв лицо руками, Анна Лукас побежала в зал.

— Давайте, сударь, — улыбнулась синьору Лампоне Ребекка, — пошевеливайтесь, начинайте свою тягомотину. — Она взяла Сиббера под руку. — А тебя я ловлю на твоем предложении о месте, Колли. Ни за что на свете не пропущу такой провал. — Она повернулась к своей служанке, которая на протяжении данной тирады незаметно переминалась у нее за спиной. — Сара, ступай домой и приготовь ужин.

Служанка сделала реверанс и быстро удалилась.

Итальянец воздел руки, пробормотал несколько неразборчивых ругательств и последовал за Анной Лукас по проходу.

— Я представил тебе своих новых друзей, Ребекка? — с лукавой улыбкой спросил Сиббер. — Это леди Анастасия Эшби де ла Зуш...

— Баронесса Пендж, графиня... — забормотала графиня.

— И ее...

— Служанку, да. — Ребекка даже не удостоила их взглядом. — Может, пойдем?

— Нет, Ребекка. Я собирался сказать «ее соавтора по перу Элпью». — Сиббер галантно улыбнулся. — Леди Эшби де ла Зуш и мистрис Элпью пишут о светских новостях для «Лондонского глашатая».

Элпью было приятно понаблюдать, как Ребекка пытается подавить бурю сменяющих друг друга Страстей, в основном Ужас и Ярость, одновременно лихорадочно ей улыбаясь. Актриса явно не привыкла проявлять свои эмоции в столь непосредственной близости от представителей прессы.

Освещенный свечами зал был битком набит болтавшими между собой зрителями. Свободными оставались только места в последнем ряду, зарезервированные специальными табличками.

Сиббер провел трех женщин в зал, когда закончилось музыкальное вступление и музыканты раскланялись, и встал у двери в конце прохода, готовый к любым сюрпризам.

Синьор Лампоне и Анна Лукас поднялись на сцену, раздались и стали нарастать аплодисменты. Лампоне поднял руки, прося тишины.

— Дамы и господа, сегодня вечером я поговорю с вами на тему о Выражении. Эту фантастическую науку необходимо изучать всем артистам, будь то художники, как я, или актеры, как моя уважаемая подруга Анна Лукас, которая любезно согласилась продемонстрировать сегодня основы данной науки.

Нестройные аплодисменты.

— Вы также увидите, что моя философия полезна и просто как инструмент для жизни. Итак, дамы и господа, сначала я объясню, что Страсть — это движение чувствительной составляющей нашей души. Страсть состоит из многих частей — главным образом из внутренних движений, например, при Ненависти учащается пульс, а при Желании сильнее бьется сердце, и из внешних движений, таких как стиснутые в Гневе кулаки или спасение бегством, вызванное Страхом.

Заерзав на сиденье, Ребекка пробормотала себе под нос:

— Или зевота, вызванная мучительной скукой.

Графиня ухмыльнулась. Она сама не выразилась бы лучше.

— И разумеется, часть тела, наиболее ярко выражающая Страсти, — это лицо. Лицо, которое быстрее всего получает из мозга наиболее сильные сигналы.

Графиня подавила зевок. Больше часа подобного вздора? Она посмотрела на соседей в поисках моральной поддержки, но, по всей видимости, только их с Ребеккой не захватило происходящее.

— Теперь я покажу вам простое упражнение. — Лампоне повернулся к Анне Лукас. — Прошу вас, мадам Лукас, освободите свое лицо от всякого выражения.

Анна стояла в центре сцены, Лампоне встал позади нее.

— Наморщите лоб, насупьтесь, хмурьтесь.

Анна свела брови.

— Глаза сияют, взгляд скошен в сторону, постоянно горит огнем.

Анна Лукас привела свои глаза в требуемое положение.

— Ноздри расширены и напряжены, губы плотно сжаты, уголки рта оттянуты в стороны и вниз, зубы стиснуты.

Анна затрепетала ноздрями и сжала губы.

— Теперь пусть кто-нибудь в зале скажет мне, что это означает.

— Запор у второразрядной актрисы, — пробормотала Ребекка.

Графиня с трудом удержалась от смеха.