– Да, сир, лорд, принц, король, сир. Это он. Я пошла к колодцу в то утро. Нужно было принести воды, иначе ребенок умер бы. И было совсем тихо. Во всем Нитбее. Так что я пошла к колодцу, рано утром. Потихоньку, как сквозь туман, сир. А там этот волк, прямо у колодца. И он встает и смотрит на меня. А потом ветер разогнал туман, и вот уже волка нет, а вместо него человек. Вот этот человек, сир, ваше величество, король, – она уставилась на меня широко раскрытыми глазами.

Теперь я вспомнил ее. В то утро после битвы у Нитбея и Бейгарда Ночной Волк и я остановились отдохнуть у колодца. Я вспомнил, как он разбудил меня, когда бежал при приближении девушки.

– Ты храбрая девушка, – похвалил ее Регал и похлопал по плечу. – Стражник, проводи ее на кухню и проследи, чтобы ее как следует накормили и уложили спать. Нет, оставь мне факел.

Они вышли за дверь, и стражник плотно закрыл ее за собой. Я услышал удаляющиеся шаги, но свет за дверью остался. После того как шаги затихли, Регал заговорил:

– Что ж, бастард, похоже, игра закончена. Подозреваю, твои защитники быстро бросят тебя, как только поймут, что ты такое. Есть и другие свидетели. Те, кто скажут о волчьих следах и людях, умерших от укусов, в тех местах, где ты сражался в Нитбее. Есть даже двое из стражников Баккипа, которые поклянутся, что когда ты дрался с “перекованными”, на некоторых телах были следы зубов и когтей. – Он удовлетворенно вздохнул.

Я слышал, как он вставляет факел в стенной подфакельник. Затем он снова подошел к двери и посмотрел на меня сквозь решетку. Я встал и взглянул на него сверху вниз. Он отступил назад. Я ощутил прилив жалкого удовлетворения. Это вывело его из себя.

– Ты был так доверчив! Так глуп! Ты вернулся с гор, хромая, с поджатым хвостом, и думал, что тебе хватит милости Верити, чтобы остаться в живых. Ты и эти твои дурацкие заговоры! Я знаю все. Все, бастард! Все твои тихие разговоры с нашей прелестной королевой! Этот подкуп в саду на башне, чтобы настроить Браунди против меня, ее планы бежать из Баккипа. “Возьмите теплые вещи”, – сказал ты ей. – “Король поедет с вами!” – он встал на цыпочки, чтобы убедиться в том, что я вижу его улыбку. – Она не получила ничего, бастард. Ни короля, ни теплых вещей, которые она упаковала, – он помолчал. – Ни даже лошади, – он выделил последние слова, как будто приберегал их под конец. Он жадно следил за моим лицом.

Внезапно я понял, что был трижды дураком. Розмэри! Милое сонное дитя, вечно дремлющее в углу. Такая тюха, что никто не мог доверить ей никакого поручения. Такая маленькая, что о ее присутствии вообще забывали. Тем не менее мне следовало бы обо всем догадаться. Я был не старше ее, когда Чейд начал учить меня нашему делу. Мне стало плохо, и это, по-видимому, отразилось на моем лице. Я не мог вспомнить, что говорил и чего не говорил в ее присутствии. Я не мог знать, какие секреты поверяла Кетриккен этой маленькой тёмной кудрявой головке. Каким разговорам с Верити была она свидетелем, что слышала от Пейшенс? Королева и шут уехали, это я знал наверняка. Удалось ли им живыми выбраться из Баккипа? Регал ухмылялся, безмерно довольный собой. Запертая дверь между нами была единственным, что заставляло меня держать обещание, данное Шрюду.

Регал ушел, все еще улыбаясь.

Он раздобыл доказательства тому, что я обладаю Уитом. Девушка из Нитбея была решающим звеном в его цепи. Теперь ему оставалось только пыткой выбить из меня признание в том, что я убил Шрюда. У него была уйма времени. Сколько бы времени на это ни потребовалось, оно у него было.

Я опустился на пол. Верити прав. Регал победил.

31 ПЫТКА