Читаем Королева умертвий полностью

— Да, — ответил Ринан Сих твердо. — Пророк тумана в любом случае не скажет ничего такого, о чем она бы не догадывалась или чему не была свидетельницей. Игинуш… это волшебное существо, которое обладает весьма обширными познаниями.

— Только делиться не хочет, да? — усмехнулся настоятель.

— Время от времени она напрочь забывает все, о чем знала прежде, — спокойным тоном отозвался Ринан Сих. — Она теряет память, потом снова припоминает что-то, а что-то так и остается в забвении…

— Весьма удобно, — процедил настоятель сквозь зубы. — То помнит, то нет. Время от времени, то и дело.

— Что-то я никак не возьму в толк, святой отец, — не выдержал наконец Ринан Сих, — что именно тебя не устраивает в сложившейся ситуации?

— Я тебе отвечу, Ринан Сих, — ответил настоятель, бросаясь в откровенность, как в воду, — Эсайас Новер, храбрый воин, рыцарь Тугарда, который захватил и плен пророка тумана, при допросах присутствовать не будет. Более того, о результатах мы ему, скорее всего, ничего не расскажем. Или отделаемся обычными отговорками. Мрак с Темной стороны Лаара надвигается на Тугард… и все такое прочее.

— Разумно, — кивнул Ринан Сих. — И в этом нет ничего трагического, напротив. Незачем лишними сведениями отягощать сознание, для отягощения отнюдь не предназначенное. Испокон веку так было заведено, что воины занимаются своим делом, а инквизиция — своим… На разделении обязанностей и держится мир.

— У святых братьев тоже есть свое ремесло, — закончил настоятель обители Святого Арвинна. — Теперь ты понимаешь, к чему я клоню, Ринан Сих?

— К тому, что я, ты и Игинуш будем знать о пророке тумана существенно больше, чем тот отважный рыцарь, который сумел его одолеть, — подытожил Ринан Сих, — Но это только естественно. Мы ведь только что с тобой договорились о том, что каждый делает исключительно свое дело и не сует нос в чужое. Это поможет нам поддерживать хотя бы минимальный порядок в мире, где все давно и прочно сошли с ума.

* * *

Пророк тумана был не приведен, а принесен в подвал. Это сделали воины инквизиции. Ринан Сих и писец заняли место за столом, который специально был доставлен в подвал по такому случаю. Ринан вел собственные записи, приватные. Обычно такое не дозволялось, но сейчас речь шла о слишком уж специфическом пленнике. Каждому из записывающих следует тщательно фиксировать каждое слово допрашиваемого, а если возникнут разночтения, всегда можно будет обменяться сведениями с писцом и в конце концов воссоздать максимально точную формулировку.

Противоположный конец подвала был оборудован пыточным инвентарем, согласно абсолютно точным и скрупулезно подробным указаниям палача Годана.

Для Игинуш Ринан Сих распорядился устроить прямо на полу гнездо из рваных тряпок и соломы, чтобы «мамочка» могла удобно себя чувствовать во время допроса пленника. Возможно, втайне полагал Ринан Сих, в какой-нибудь момент Игинуш скажет или вытворит что-нибудь такое, от чего пророк тумана сделается более разговорчивым, и Годану вообще не придется прибегать к пыткам. Палач будет весьма разочарован!

Годан был мастером своего дела и очень любил пытать. Более того, он с большим уважением относился к пытуемым и всегда заботился о том, чтобы сильные люди не были оскорблены тем, что к ним применяются жалкие, несущественные пытки, выдержать которые мог бы, не изменившись в лице, даже грудной младенец.

Игинуш нервничала.

— Он знает, где моя дочь? — приставала она к инквизитору. — Пусть ответит, где моя дочь! Спроси его об этом! Смотри, какие у тебя есть крючки, и ножи, и тонкие иглы, и превосходные крючья… Пусть ответит. Он наверняка знает.

— Помолчи, — приказал ей Ринан Сих. — Ты умна и мудра, смотри сама, наблюдай и делай выводы. Но молчи! Иначе мне придется вывести тебя отсюда.

— Неблагодарное дитя, — проворчала Игинуш, устраиваясь удобнее в своем гнезде.

Пленника бросили на пол, не снимая с него ни пут, ни кандалов. Годан наклонился над ним, внимательно рассматривая свою жертву. Увиденное понравилось палачу. Пророк тумана был, несмотря на перенесенные испытания, все еще крепок, и дух его не был сломлен. Предстояла интересная работа.

— Его следует приковать к этим кольцам. — Годан указал своим подручным на два кольца, торчавших из стены. Человек, прикованный к ним, повисал над полом на высоте в несколько ладоней. Это создавало натяжение кожи, усугублявшее ощущения при пытках.

В отличие от святых братьев из обители, подручные палача не боялись пророка тумана. Они живо и сноровисто освободили его руки и ноги из пут. Не успел тот и глазом моргнуть, как уже болтался на стене. Один из подручных принялся срывать с него одежду.

Скоро пророк тумана был полностью обнажен. Как и говорилось, он принадлежал к человеческой расе. У него было суровое, даже грубое лицо, сухое сложение. Годан жевал губами, разглядывая «материал», который ему предстояло обрабатывать. Крови из такого тела вытечет немного — еще один плюс. Годан не любил пачкаться. Вообще — не работа, а одно удовольствие.