Читаем Король (ЛП) полностью

– Английский не первый мой язык. – Он поставил поднос на стол на колесиках и подкатил его. – И даже не второй.

– Наверное, поэтому мне так нравится слушать тебя.

Он замер, услышав ее слова... и да, может, если бы не болеутоляющие, она бы ни за что в этом не призналась. Что за фигня?

Внезапно Эссейл посмотрел на нее, и яркий огонь в его взгляде придал ему блеска больше, чем обычно.

– Я рад, что мой голос ласкает твой слух, – сказал он хрипло.

Сола сосредоточилась на еде, внезапно ощутив тепло внутри с момента... да впервые.

– Спасибо за старания, но я не голодна.

– Тебе нужна еда.

– Меня тошнит от антибиотиков. – Она кивнула на капельницу, висевшую на стойке возле ее кровати. – Что бы там ни было... это отвратительно.

– Я покормлю тебя.

– Я...

По неясной причине Сола вспомнила ту снежную ночь, когда он преследовал ее на своей территории и наехал на нее у автомобиля. К слову об угрозе во тьме... Господи, он тогда чертовски сильно напугал ее. Но она чувствовала не только испуг.

Эссейл принес в комнату кресло. Забавно, оно был не пластиковым, какое можно встретить в обычной клинике; а будто бы из Поттери Барн⁹⁶, обитое, удобное, с милым рисунком. И Эссейл уселся на него, чувствуя себя не в своей тарелке, и вес тут не причем. Он был слишком крупным, его мощное тело контрастировало с ручками и спинкой кресла, его одежда была слишком черной по сравнению с бледным...

На его пиджаке были следы крови, коричневые, высохшие. И на рубашке. И на брюках.

– Не смотри на это, – сказал он мягко. – Вот, держи. Я выбрал самое лучшее.

Он приподнял крышку, показывая...

– Где я, черт возьми, оказалась? – спросила она, наклоняясь вперед и делая глубокий вдох. – У Жан-Жоржа⁹⁷ появилось медицинское подразделение, что ли?

– Кто такой Жан-Жорж?

– Один модный шеф-повар из Нью-Йорка. Я услышала о нем на канале «Еда»⁹⁸. – Она села, поморщившись, когда бедро приветственно напомнило о себе. – Я даже не люблю ростбиф... но это выглядит божественно.

– Я подумал, что тебе не хватает железа.

Кусок мяса был приготовлен идеально, с корочкой, которая хрустела, когда он отрезал...

– Это чистое серебро? – спросила она, взглянув на вилку, нож... ложечку на аккуратно сложенной салфетке.

– Поешь. – Он поднес аккуратно отрезанный кусочек к ее губам. – Ради меня.

Ее рот открылся без других подсказок, будто не собирался терпеть отсрочки в духе я-могу-сама-поесть.

Закрыв глаза, Сола застонала. О да, не хотела она есть. Как же.

– Это самое вкусное из того, что я когда-либо пробовала.

Улыбка на его лице была абсолютно необъяснимой. Она была слишком яркой, и все потому, что Сола перекусила... и, должно быть, он понял это, потому что отвернулся, чтобы она не видела выражения его лица.

Следующие пятнадцать-двадцать минут в комнате, не считая свист вентиляции, слышался лишь стук серебра о фарфор. И да, вопреки всем ее о-нет-не-могу, она умяла огромный кусок мяса, картофельный гратен и сливочный шпинат. И булочку к обеду, которая была, без сомнений, домашней. И персиковый кобблер. И даже выпила охлажденной воды из бутылки и кофе из графина.

Наверное, она бы съела салфетку, поднос, столовое серебро и столик, будь такая возможность.

Рухнув на подушку, Сола положила руку на живот.

– Кажется, я сейчас лопну.

– Я должен вынести это в коридор. Прошу меня извинить.

Со своего места она внимательно следила за каждым его движением: как он, плавно двигаясь, встал, взял поднос своими длинными элегантными руками.

К слову о манерах за столом. Эссейл держал серебро с аристократической изящностью, будто привык к такой посуде у себя дома. И он не пролил ни капли, когда наливал ей кофе. Не уронил ни крошки на пути к ее рту.

Настоящий джентльмен.

Не укладывается с тем, что она увидела, когда он протянул ей сотовый, чтобы она поговорила с бабушкой. Тогда Эссейл слетел с катушек, кровь стекала с его подбородка, будто он отхватил от кого-то большой кусок. Его руки тоже были красными от крови...

Учитывая, что она убила всех в том ужасном месте, перед тем как вырваться? Он, очевидно, привез кого-то с собой.

О, Боже... она была убийцей.

Эссейл вернулся и сел рядом, скрестив ноги в коленях, а не лодыжках, как обычно делали мужчины. Сложив ладони так, будто собирался молится, он поднес их ко рту.

– Ты убил его, ведь так? – спросила она тихо.

– Кого?

– Бенлуи.

Его притягательный взгляд избегал ее.

– Мы не будем говорить об этом. Обо всем этом.

Сола старательно свернула верхнюю сторону покрывала.

– Я не могу... не могу притвориться, будто прошлой ночи вообще не было.

– Придется.

– Я убила двух мужчин. – Она встретила его взгляд и быстро заморгала. – Я убила... двух живых существ. О, Господи...

Прикрыв лицо руками, она попыталась сохранить самообладание.

– Марисоль... – Раздался скрип, будто он подкатил кресло Поттери Барн еще ближе. – Дорогая, ты должна выкинуть это из головы.

– Двух человек...

– Животных, – отрезал он. – Они были животными, заслуживающими худшей участи. Все они.

Опустив руки, она не удивилась смертоносному выражению на его лице, но не испугалась его. Воистину, она боялась того, что сделала.