– Да. – Она поняла, что потирает бедро, вверх-вниз. – Слушай, я могу задать один вопрос?

– Да. Конечно.

В конце концов, Велси и Тор тоже, бывало, ругались... некоторые споры Бэт слышала сама еще до того, как Велси погибла так несправедливо рано. Блин, Велси не боялась говорить то, что думала кому угодно, включая хеллрена. Конечно, она никогда не злилась без причины, но было лучше не переходить ей дорогу лишний раз.

Народ уважал ее.

Интересно, что они думают обо мне?

– Бэт?

Если кто-то и мог помочь ей с Рофом и при этом не выболтать их проблемы, то это Тор. На самом деле, именно его посылали к тем, кто нуждался в помощи с Королем.

– Бэт, что происходит?

Открыв рот, она собралась дать волю чувствам, но была одна проблема: она должна говорить именно с Рофом. Все остальные – лишь буфер.

– Ты все еще тащишься по монстрам?

Повисла пауза. А потом Брат засмеялся своим фирменным баритоном.

– Хочешь сказать, что грядет очередной марафон Годзиллы⁹¹?

Бэт была рада, что рядом никого нет. Возникло ощущение, что ее улыбка печальней любых слез.

Она просто хотела вернуться в те времена, когда все было намного проще. Легче. Роднее.

– Просто вспоминаю старые-добрые времена, – выпалила она.

Внезапно голос Тора напрягся.

– Да. Тогда было... хорошо.

Ой, блин. Хотя он был влюблен и связан с Ноу-Уан, было больно вспоминать его первую жену... и ребенка, которого она носила.

– Прости, я...

Он оправился быстрее нее.

– Не переживай. Прошлое – есть прошлое... хорошее оно или плохое, его не изменишь. И в этом должно быть утешение.

Слезы защипали глаза.

– Что ты имеешь в виду?

Повисла длинная пауза.

– Хорошие воспоминания становятся ярче, потому что ты можешь доверять им. А плохое не может стать трагичней по той же причине. Прошлое безопасно, потому что его невозможно изменить.

Внезапно она опять вспомнила их с Рофом первое свидание, наверху. Хотя ретроспективный взгляд окрашивал все в розовые тона, на самом деле, все было несколько иначе.

Только подумать, ведь он был зол, когда она пришла в ту ночь. Настолько, что попробовав половину из четырех блюд в меню, она собиралась уйти.

Не та идеальная картинка, которую рисовала ее ностальгия.

– Тор, ты прав.

– Ну да. – Он прокашлялся. – Знаешь, еще не поздно. Ты успеешь вернуться, если выедешь прямо сейчас.

– Солнце меня не заботит, ты же знаешь.

Она практически ощутила через телефон, как он содрогнулся.

– Мне нечего сказать на это, правда.

Жалея его, она сменила тему, пообещав позаботиться о себе и вернуться домой к заходу солнца.

Повесив трубку, Бэт вытянулась на кровати своего отца. Смотря на потолок, она представляла, как Дариус делал то же самое в течение дней... иногда Роф был в комнате напротив.

До встречи с ней Роф был настоящим затворником. Сражался в одиночку, спал один, и, определенно, никак не был связан с заморочками вокруг престола: до встречи с ней он отказывался править.

Не счесть количество раз, когда люди благодарили ее за то, что она переубедила его... словно ее любовь подействовала как колдовское зелье, превратившее чудовище в... ну, не полностью цивилизованного парня, но, по крайней мере, в мужчину, который взял на себя свои обязанности.

Он что, серьезно, отправился на боковую?

С другой стороны, когда в последний раз ему удавалось выспаться в дневное время? После покушения – ни разу.

Перед тем, как закрыть глаза, Бэт села и повернулась к панели сигнализации, вмонтированной над головой. Вбив нужный код, она обезопасила место и потом снова приняла горизонтальное положение.

Восемь цифр? День, месяц и год ее рождения.

Еще одно доказательство того, что отец думал о ней еще до ее прихода в вампирский мир: Ви устанавливал это высокотехнологичное оборудование и обновления к нему, но именно Дариус выбрал код много лет назад.

Протянув руку и выключив свет, она устроилась на покрывалах.

Мгновения спустя Бэт снова потянулась к лампе, включая ее.

Когда ты оказываешься без мужа, то «полная безопасность» становится понятием относительным.

Глава 22

Сола никогда так сильно не замерзала.

Лежа на заднем сидении Рейнж Ровера, завернутая в спальный мешок и обдуваемая потоками тепла, она не могла унять дрожь..

С другой стороны, у нее было около полдюжины причин пребывать в шоке, таком, что начинался в голове и замораживал все тело.

Она передвинулась, и бедро взорвалось болью... напоминая о действии физического императива. Сколько крови она потеряла?

– Мы почти на месте.

Она повернула голову на звук голоса с акцентом. Хотя во внедорожнике почти не было света, она могла представить лицо Эссейла будто в свете софитов: глубоко посаженные глаза цвета лунного света, резкие линии темных бровей, полные губы, жесткий подбородок. Вдовий пик и иссиня-черные волосы.

Какое-то мгновение она видела половину его лица, покрытую кровью,.. и очень острые зубы.

Или это был ночной кошмар? Она не могла отличить реальность от вымысла.

Сола открыла рот, силясь заговорить. Но ничего не получилось.

– Моя голова... плохо работает.

– Все в порядке. – Повинуясь импульсу, он потянулся к ней, но потом опустил руку, будто не знал, что делать.