Снова переведя взгляд на прокламацию, Бэт покачала головой, всматриваясь в тщательно прописанные символы. Когда дело касалось Древнего языка, читала она медленно, раздумывая над значением каждого знака, прежде чем составить целое предложение. Но, что бы вы думали, со второй попытки смысл не изменился.

Положив на стол плотный, тяжелый пергамент со всей его цветной каймой, она пробежала пальцами по атласным лентам, скрепленным восковыми печатями. Полоски были такими же узкими и гладкими, как и ленточки в волосах маленьких девочек, идеально подходящие для перевязывания косичек.

Не то, чтобы Бэт думала о детях.

Через некоторое время она спросила:

– Что ж, мы и в самом деле ничего не можем с этим поделать?

Черт, как же ей жарко. Зря она выбрала фланель… либо это, либо во всем виноват стресс.

Когда никто не соизволил ответить, Сэкстон прокашлялся.

– Процессуально, они соблюли все правила. И с юридической точки зрения их основания верны. Технически, согласно текущему толкованию Древнего Права, любой… – он снова прочистил горло и украдкой взглянул на Рофа, словно пытаясь понять, насколько взрывоопасной стала обстановка. – … ваш отпрыск будет претендовать на трон. А в законе существует условие касательно происхождения нашего правителя.

Бэт положила руку на живот. Самой мысли о том, что ее дитя, еще даже не рожденное, станет чьей-то мишенью, было достаточно, чтобы захотеть спуститься на полигон и выпустить пару обойм.

Когда она жила в человеческом мире, к ней тоже порой относились предвзято, только потому, что она родилась женщиной. Вспомнить, например, Придурка Дика. Однако она никогда не сталкивалась с расовой дискриминацией. Будучи белой человеческой расы, хоть и оказалось, что только наполовину, потому что была только полукровкой, она никогда не сталкивалась с такой проблемой.

Черт… Просто сумасшествие относиться к человеку, основываясь только на параметрах, которые он выиграл в спермо-лотерею. Выходя из материнской утробы, люди ничего не могут поделать со своим полом, также как и не могут изменить набор генов, унаследованных от своих родителей.

– Глимера, – пробормотала она. – Ну что за кучка придурков.

– И я, скорее всего, следующий в списке, – сказал Рив. – Они знают о моих связях с вами двумя.

Бэт сосредоточилась на мужчине с ирокезом.

– Мне очень жаль.

– Не стоит. Я занимал эту должность только для того, чтобы помочь вам и Братству. – Затем сухо добавил: – На севере у меня так много работы, что без дела я не останусь.

Так и есть, подумала она. Так легко было забыть, что Рив был не только Главой Совета, но и королем Симпатов.

– А ты не можешь их всех выгнать или что-то вроде того, – спросила она. – Я имею в виду, как Глава не мог бы ты, ну, не знаю, сформировать новый состав Совета?

– Позволю нашему дорогому другу юристу поправить меня, но, насколько я понимаю, членство в Совете определяется по праву рода. Поэтому даже если я найду основания вышвырнуть говнюков, они просто заменять их другими членами своей кровной линии, которые будут придерживаться той же политики. Более того, сделанного не воротишь. Даже если полностью обновить состав? Прежние действия останутся в силе.

– Я просто думаю, что есть...

– Мы можем закончить с этим? – оборвал их Роф. – В смысле, оставить это дерьмо в покое? Без обид, но вопрос уже был рассмотрен со всех сторон, ты прочла присланный документ… сделанного не воротишь.

– Я просто не могу поверить, что все прошло так легко, – Бэт уставилась на трон. – Я имею в виду, один клочок бумаги — и все кончено.

– Меня страшит будущее, – пробормотал Сэкстон. – Такая система ценностей плохо скажется на вампирах вроде меня. Или на женщинах. Мы добились такого прогресса за последние два года — вытащили расу из Каменного Века. Но сейчас? Все сотрется начисто… запомните мои слова.

Роф подскочил.

– Мне нужно идти.

Широкими шагами он подошел к Бэт и протянул руку, чтобы она могла взять его за руку и провести в верном направлении последние несколько дюймов.

Сжав его ладонь и потянув его на себя, Бэт наклонила голову в одну сторону, чтобы Роф поцеловал ее яремную вену, затем в другую, и наконец, подставила губы, чтобы Роф коснулся поцелуем и их.

В следующее мгновение они с Джорджем ушли.

Глядя ему вслед, Бэт было тяжело видеть мужа таким измученным, бледным и осунувшимся, хотя физически это, скорее всего, последствия перенесенной ею жажды. Умственно и эмоционально? За это ответственна длинная череда людей.

В том числе и она.

– Должен быть какой-то выход, – сказала Бэт, ни к кому конкретно не обращаясь.

Боже, она надеялась, что ее хеллрен направлялся не в спортзал. Последнее, что нужно ее мужу – еще больше тренировок, сейчас его телу требуются еда и отдых.

Но она слишком хорошо знала это выражение его лица.

Глава 45

Кор никогда не умел обращаться со словами. Совершенно не обученный литературе, по сути – он был невеждой… Тро постоянно употреблял слова, и на английском, и на родном языке, которых Кор не понимал.