Читаем Корни блицкрига полностью

Танковый центр в Казани, по мнению историка Джона Эриксона, выполнял три главные функции: (1) обучение офицеров, (2) испытание опытных образцов немецкой бронетехники и (3) сравнительные испытания зарубежных бронированных машин.{976} В немецких архивах находится обширная документация управления вооружений, имеющая отношение к германской программе по испытаниям бронетехники в Казани. Однако в отношении учебной программы и программы испытания иностранной бронетехники существует лишь ограниченное число документов. Пока архивы бывшего Советского Союза недоступны, основными источниками информации о танковой школе в Казани остаются «История германских танковых войск» (Geschichte der deutschen Panzerwaffe), написанная генералом Вальтером Нерингом, бывшим курсантом школы, и сборник фотографий из школы, опубликованный в написанной Вальтером Шпильбергером истории моторизации Рейхсвера, Die Motorisierung der deutschen Reichswehr.{977}

Несмотря на отсутствие документов, еще возможно частично восстановить учебный план по тактике Казанской танковой школы в 1929 году. Тактический учебник «Атлас по управлению в сражении» (Atlas zu F/u/G/L: Ein Anschauungs-Lehrbuch), написанный майором Рйхсвера Зибертом и изданный в 1929 году, содержит всесторонний обзор тактики германских танковых частей конца 20-х годов.{978} Учебник Зиберта по сути представляет изложение стандартной доктрины Рейхсвера, тактики крупных единиц, с многочисленными крупномасштабными картами, диаграммами и комментариями, взятыми из тактических наставлений. Танковой войне в нем уделяется большое внимание. Танковым частям, наряду с авиационными эскадрильями и полкоми тяжелой артиллерии — отводится роль подразделений обеспечения армейского уровня для использования крупными массами в решающем пункте.{979} Бронеавтомобили представлены в качестве оружия кавалерии, а армейские кавалерийские соединения представляют из себя смешанные части, состоящие из кавалерийских эскадронов, бронеавтомобильных подразделений, моторизованных артиллерии и инженерных войск, а также самокатных или мотоциклетных подразделений, и используемые для ведения разведки.{980}

Танковые части могли придаваться кавалерии для создания моторизованных ударных групп в тех случаях, когда кавалерия нуждалась в усилении тяжелым оружием для удержания позиций впереди наступающих пехотных дивизий.{981} Подразделения тяжелых танков считались средством прорыва, возглавляющие атаки на вражеские позиции и и затем поворачивающие на девяносто градусов для охвата флангов противника.{982} В больших наступлениях тяжелые танки должны были двигаться впереди, подавляя вражескую оборону и открывая путь легким танкам, сопровождаемым пехотой, для быстрого продвижения в тыл противника.

Зиберт рекомендовал иметь значительные танковые резервы, которые могли использоваться для поддержки наступающих войск, как только они при продвижении вперед лишались своей артиллерийской поддержкт.{983} В случае оборонительных действий в подвижной войне армейские танковые подразделения, усиленные пехотой и артиллерией, должны были держаться в резерве для организации контрататк.{984} Танки также рассматривались в качестве важного средства противотанковой обороны в случае прорыва бронированных машин противника.{985} Танки не всегда должны были использоваться большими массами. При штурме города Зиберт рекомендовал распределять танки среди атакующих пехотных частей.{986} По всему тексту он подчеркивал необходимость взаимодействия между танковыми и моторизованными войсками и авиацией.

Если взять учебник майора Зиберта в качестве изложения стандартной доктрины танковой войны Рейхсвера в 1929 году, видно, что тактические взгляды на использование танковых войск в Германии не очень отличалось от обычных доктрин танковой войны других армий того времени. В 1929 году, как и в Первую мировую войну танк прежде всего считался средством поддержки пехоты и как средством прорыва вражеской обороны. Использование масс более подвижных легких танков для развития наступления было тактикой, разработанной союзниками в конце Первой мировой. В этой связи акцент на танк как на средство контратаки и противотанковой обороны является следствием анализа германского опыта борьбы с союзными танками в Первую мировую войну. Использование бронированных машин в качестве средства поддержки пехоты в городских боях — особенность германской доктрины 1929 года, проистекающая из обширного германского опыта по использованию бронеавтомобилей, а иногда и танков, при подавлении внутренних городских восстаний в 1919–1923 годах.{987}