Читаем Копье и кровь полностью

Шестой регулятор остался за стеной, и крини повел Габлера к лифту. Переместившись вверх на неизвестно какое расстояние, они вышли в таком же пустынном коридоре, только тут на стенах почти не было узоров. Крис невольно прислушался, стараясь различить шум вторжения, но тишину нарушал только звук их шагов. Самооборонец поднес призму к губам и произнес несколько слов на своем языке. В ответ раздался голос Ориобеллиза, и крини прибавил ходу. Вероятно, глава общины, глядя на экран, подсказывал, до какого места подземелий продвинулись ворвавшиеся в храм файтеры. Коридор сменился каменной площадкой, от которой вверх и вниз круто уходила узкая лестница без перил. Они поднялись по ней метров на двадцать, и крини, пригнувшись, нырнул в темный проход. Вновь, не останавливаясь, переговорил с Ориобеллизом и повернул за угол. Там открылось квадратное помещение со сводчатым потолком. Его левая и правая от входа стены напоминали открытые шкафы с широкими каменными полками. И лежали на этих полках разные каменные же, похоже, вещи: шары величиной с яблоко, нечто наподобие больших ложек, кубики со сквозными дырами, что-то еще… Габлер хотел задать вопрос о предназначении этих странных изделий, но тут самооборонец остановился и сказал, повернувшись к нему:

– Скоро будет еще одно проходное помещение, за ним находится коридор, перпендикулярно. Он перегорожен стеной, и сейчас имперцы пытаются эту стену пробить. Но там не обычный камень, а с покрытием… Возиться с ним можно долго. Я открою проход, и ты выйдешь в коридор, к имперцам. Проход останется открытым. Если что – тут же назад. И я сразу его закрою. Там стена тоже с покрытием. Ну, а получится переговорить с ними – переговори. А потом, когда ты вернешься, не убедив их, пол коридора исчезнет… и все они тоже исчезнут.

Этот парнишка не сомневался в том, что у него, Габлера, ничего не выйдет…

– Вы и в самом деле способны сразу испепелить их всех? – спросил Крис.

– Сразу всех – нет, – ответил самооборонец. – Только на определенном участке. Но таких участков тут много, мы успели подготовиться. До нас имперцам никак не добраться.

У Габлера вновь похолодело на душе. Сумеет ли он убедить файтеров повернуть назад?

«Я просто обязан попытаться, – сказал он себе. – Иначе не будет мне покоя ни в одном слое фии…»

– Тебе все понятно, мистер Габлер? – спросил крини.

– Да, – кивнул Крис.

Вслед за провожатым он пересек комнату и вышел в коридор. Самооборонец повернул налево, в тупик. Точнее, в кажущийся тупик. В этом Габлер убедился, когда боец погрузился в стену, как в кисель. Он проделал то же самое и оказался в нешироком помещении, до противоположной стены которого было метров пять. В неярком свете виднелись два длинных выступа почти у самого пола. Возможно, они выполняли функцию лавок. Хотя зачем сидеть в этой пустой комнате, Крису было непонятно. Впрочем, разве что-то изменится, если он найдет ответ на этот вопрос? Приглядевшись, он обнаружил что-то напоминающее круглую решетку с мелкими отверстиями, вделанную в стену, внизу, в одном углу и косо торчащий из пола короткий стержень в другом углу. Стержень был явно не каменным и выглядел какой-то вполне современной деталью.

Крини прошел через все помещение и замер у дальней стены. Габлер приблизился к нему и почти сразу сообразил, чем занимается беллизонский боец, состроивший такую сосредоточенную мину. Свет, льющийся от камней перед крини, сначала потускнел, а потом и вовсе сошел на нет. Стена подернулась дымкой, и в этой дымке зашевелились какие-то тени. Лицо самооборонца словно оттаяло, и он сказал:

– Сейчас ты увидишь все, что происходит в коридоре. Выход туда вон там, ближе к углу, – он слегка повел рукой влево, – я его уже открыл. И создал там значок… Вот, он уже появился. Изучи обстановку и можешь выходить.