Читаем Копье и кровь полностью

И с продуктами питания все тут было в полном порядке. Во всяком случае, то, что принесли сюда на подносах три безмолвные женщины в серых плащах, и видом своим, и вкусом вполне соответствовало «рубону», который Габлеру доводилось поглощать в кабаках. В общем, уровень как минимум нью-бобринецкой «Русалки» выдерживался, а к этому заведению у файтеров никогда не было нареканий. Разве что кое-кому плохело от выпивки, так ведь дело там было не в самой выпивке, а в ее количестве… Оставалось загадкой, где жрецы все это брали и чем расплачивались, и вообще, как удавалось обеспечивать существование подгорной общины. Крис попытался расспросить об этом Гелисинийру, которая сидела за столом вместе с ним, но не ела. Однако все вопросы о житье-бытье служителей Триединого разбивались о ее отрешенную улыбку. Можно было подумать, что беллизонка витает в каких-то иных краях и ничего не слышит.

Мнему Габлер уже сделал, тщательно, до деталей вспомнив облик пилота Дамдина, и ее унесла одна из женщин в сером. Если ее вызвала Гелисинийра, то непонятно каким образом. Гели – так про себя именовал ее Крис – не стучала в стену, не звонила в какой-нибудь колокольчик и не пользовалась мобиком. Тут явно была связь иного рода.

«Да, ребята они непростые, – подумал он, глядя на сидящую напротив беллизонку. Плащ она сняла и осталась в чем-то вроде серебристого, без рукавов, платья до колен. – Очень непростые».

И в очередной раз напомнил себе, что ему просто повезло остаться в живых после того нападения на горный храм. Чего не скажешь об Атосе. И теперь вот – об Арамисе…

Возникшая мысль заставила Габлера отставить бокал с каким-то незнакомым кисловатым напитком.

А что если и Арамиса убили не веронцы и не грэнды, а те же беллизонцы? Заверения заверениями, а месть местью…

Крис даже открыл рот, собираясь задать прямой вопрос Гелисинийре, но все-таки сообразил, что если даже и так, она ему об этом не скажет. И потому спросил о другом:

– Ты и ночевать здесь будешь?

– Да, – ответила Гели, не меняя отрешенного выражения лица. – Мы с тобой будем находиться вместе.

– Что, и спать вместе, в одной постели? – не удержавшись, ляпнул Габлер. Файтерские привычки давали о себе знать.

Глаза беллизонки блеснули.

– Почему вместе? Тут же имеются две комнаты.

– Ну… может, ты захочешь, – не унимался в Габлере файтер.

– Я сплю одна, – серьезным тоном заявила жрица. – Я олломинниа. Мне нельзя…

– Знаю, – кивнул Крис. – Низа мне рассказывала. Мы с ней… сдружились… Немного…

– Она говорила мне о тебе. Она не считает тебя врагом.

– А ты?

– Тебя лично я тоже врагом не считаю. – Беллизонка пристально смотрела на Габлера. – Ты же не по собственной воле сюда пришел. Твои руководители дали тебе и таким, как ты, задание, и тебе нужно было его исполнить. Не исполнишь – понесешь наказание. Я тебя понимаю. Ты не есть мне враг, но ваша Империя есть наш враг.

– Понятно, – сказал Габлер. – Но теперь мне никто задания не давал, и руководителей у меня нет. Честно.

– Я тоже думаю этим образом, – кивнула Гели. – Но если бы мне сейчас дали задание уничтожить тебя, я бы тебя уничтожила.

Крис выдавил из себя полуулыбку:

– И это тоже понятно. Собственно, у вас только случайно не получилось со мной, Арамисом и Портосом. А вот Атоса вы убили. А потом и Арамис погиб. – Последнюю фразу он произнес многозначительным тоном.

– Погиб? – переспросила беллизонка. – Я не знала.

Ее лицо не давало ответа на вопрос, кривит ли она душой или нет.

– Погиб, – подтвердил Крис. – Его взорвали вместе с уникаром.

– Я не буду показывать, что являюсь огорченной, – помолчав, сказала девушка. – Давай о другом. – Она подалась к Габлеру: – Ты привык спать с кем-то? Если тебе так будет удобней, можем спать вместе.

– Да?… – Крис в замешательстве принялся крутить пальцами бокал. По виду девушки нельзя было определить, шутка это или она говорит серьезно. – Но я не смогу просто спать рядом с красивой девушкой. Понимаешь?

Беллизонка наконец улыбнулась:

– Я олломинниа, Кристиан. Рядом со мной ты будешь иметь крепкий сон, все твое тело будет иметь крепкий сон, все его части.

– Вот как… – пробормотал Габлер. – Тогда я буду спать один.

– Именно, – вновь улыбнулась Гелисинийра, но улыбка тут же исчезла с ее губ. – Кристиан, мы – служители единомножественного Беллиза-Беллизона-Беллизонов, и ты нам чужой. Мы творения верхнего огня, а творения верхнего огня не живут с созданиями нижней земли.

– Ну да, куда уж нам, земляным… – Крис одним глотком допил то, что оставалось в бокале, и сложил руки на столе. – Послушай, Гели… Ты же бывала в других местах, на галере летала… В общем, не только свои подземелья видела, да? Ньюзы всякие смотришь. – Он кивнул на тивишник. – Имеешь представление о внешней жизни.

– Имею, – подтвердила беллизонка. – И о прошлой жизни мира тоже очень имею.

– И тебе по нраву идея всю жизнь торчать тут в изоляции?

– Почему в изоляции? – удивилась Гели. – У меня множество связей с миром. И чем больше я расту, тем их становится больше.