Читаем Конвейер смерти полностью

Красивая и занятная мина – «лепесток»! Для пустыни – серая, для зеленки – зеленого цвета. Посмотришь на нее и не подумаешь, что это взрывоопасная вещь. А наступишь – и нет стопы. В прошлом году один молодой солдатик из десантной бригады вблизи выносного поста обнаружил мины-«лепестки». Не знал, что за дрянь. Собрал полведра и понес в блиндаж. Издали кричит приятелям: «Мужики, я чего-то нашел чудного! Поглядите!» Метров пятнадцать не дошел, споткнулся, тряхнул грузом – и ба-бах! Сдетонировали «лепестки». Ни ведра, ни бойца. Так-то вот.

Я решил пройтись ко второй машине, размять ноги, взбодриться. Нагрудник на плечи, автомат в руки и вперед. Как всегда, словно юный натуралист-путешественник, глазел на горные пейзажи и прочие красоты дикой природы. Шел, шел и обнаружил на обочине противотанковую мину. Не наша. Вроде бы китайская. Провода не видны, поэтому непонятно – управляемая она или нет. Я побежал обратно, растолкал спящего наводчика, забрал у него шлемофон и доложил комбату о находке.

Подорожник вызвал саперов, сообщил командованию. Вместо раненого Ошуева руководить полком прибыл сам Филатов. Было известно, что Иван Грозный после рейда уходил на новую должность – начальником штаба соседней дивизии. Жаль. Вроде бы и грубиян, хам, матюжник, но свой, проверенный, надежный. Привыкли к нему, сроднились.

– «Факел-300», что там у тебя, б… за находка? – рявкнул в наушники Иван Васильевич.

– Подарок от духов. На обочине лежит, нужны «кроты», убрать гостинец, – ответил я командиру.

– Хорошо, коробочка подойдет через полчаса. Поставь указку и сам не лезь!

– Есть поставить указку! – отрапортовал я и подумал, что больше мне делать нечего, как самостоятельно разминировать! Прошли пионерские времена сбора металлолома, когда я таскал железяки. Пусть работают, кому положено. И хотя в прошлом я заканчивал учебку радиоминеров, был оператором, сержантом, но это не мое призвание.

Через полчаса подъехал БТР, облепленный саперами, во главе с начинжем. Майор Скива спрыгнул на землю и, подходя ко мне, с хитрой усмешкой спросил:

– Ну шо? Где лежит подарок? Гостинчик не украли еще?

– Нет, вон там, в ста метрах. Я ветку рядом воткнул, снимайте. Взрывателя нет, но кто знает, что под ней может быть?

Саперы «кошкой» (приспособлением типа маленьких грабель на длинной веревке) зацепили мину и осторожно потянули в сторону от асфальта. Железный блин звякнул несколько раз, ударяясь о камни, и не взорвался. Лейтенант-сапер подошел, осмотрел мину и то место, где она лежала.

– Товарищ майор, – обратился он к Скиве, – проводов нет, вокруг тоже чисто. Ложная тревога!

– Это хорошо! В нашем деле самое главное – бдительность! Лучше перебздеть, чем недобздеть! Солдаты, щупами пошарьте вдоль обочины, чем черт не шутит! Береженого Бог бережет! – приветливо улыбаясь и хлопая меня по плечу, сказал майор. – А ты сам-то, Никифор, побоялся саперные навыки применить?

– К черту! Если уж начальники инженерной службы дивизии подрываются, то я могу и подавно кувыркнуться! – ответил я.

– Эх, старлей, ты не путай две вещи: опыт и самоуверенность. Начинж дивизии когда-то был опытный! Но дослужился до высокой должности и навыки потерял. Он только прибыл из Союза, где мины учебные. А где ты тут учебную мину найдешь? Только боевые! Вот и погиб по причине забывчивости.

…Неделю назад в штабе дивизии проводили сборы внештатных саперов. Вызвали из отдельных подразделений (рембата, разведбата, батальона связи) назначенных командованием бойцов для обучения минно-взрывному делу.

Полковник собрал всех в круг возле учебного места и начал показывать, как ставится мина на неизвлекаемость. Привык в мирное время работать на макетах и забылся. Нужно, говорит, вставить запал и взвести по часовой стрелке. Показал правильные действия, как положено. А вот так, в обратную сторону, делать нельзя ни в коем случае! Взорвется! И саперный начальник правильно показал, как делать не нужно.

Начинжа так нашпиговало металлом, что буквально разорвало на части. Еще девять человек погибли и семерых тяжело ранило. Нелепость и трагическая случайность, а людей не вернешь…

* * *

В четыре часа утра комбат вышел на связь:

– Как обстановка?

– Спокойная, – ответил я, зевая и борясь со сном.

– Тормоши бойцов. Не спать. «Праздник начался!» Как понял, прием? – спросил Подорожник.

– Понял вас, понял! «Праздник начался!» – отозвался я.

Итак, свершилось. Первые выводимые машины и люди спустя несколько часов марша пересекут перевал и устремятся домой.

Вдали, постепенно приближаясь, грозно нарастал шум моторов. Несколько сотен автомобилей, тягачей, бронемашин, зенитных самоходных установок, пусковых машин «КУБ» и «ОСА», коптя воздух, ползли домой. Надрывно ревели моторы, штурмуя горный серпантин. Впереди шел БТР из комендантской роты, затем танк и БРДМ с развернутым знаменем. Проехала бронемашина с руководством по проведению колонны и броня управления нашей дивизии. И пошли, пошли родимые полки…