Читаем Конвейер смерти полностью

– Доктора! Врача скорей! – заорал он солдатам и посмотрел на свою окровавленную руку. Это была не его кровь, а Сбитнева.

Из-за пыхтящего БТРа выскочил Дормидович с медицинской сумкой на боку и быстро пересек простреливаемый участок. Начмед пощупал пульс, приложил ухо к груди, потрогал артерию на горле и тяжело вздохнул.

– Ну что? – испуганно спросил Калиновский.

– А ничего, старлей. Ничего! Мгновенная смерть! Не видишь, что ли? Ты видел живых людей с таким развороченным затылком?

– Я вообще никогда не видел людей с дыркой в голове! – с горечью ответил Александр. – Как же так? Как глупо получилось! Бой вроде уже закончился!

– А что, бывает умная смерть? Смерть всегда глупая! – сердито сказал майор Дормидович.

– Что случилось? Что со Сбитневым? Куда его ранило? – закричал, высунувшись по пояс из люка, Ошуев. В тот же миг он охнул и, завалившись на правый бок, упал на броню. Его быстро затянули вовнутрь. Начмед бросился обратно. Машина развернулась и подъехала к БМП. Из нее выпрыгнули на асфальт комбат-танкист и еще пара офицеров. Через боковой люк быстро затащили тело Сбитнева, и бронетранспортер помчался к площадке в Джабале.

– Куда начальника штаба зацепило? – спросил Калиновский у комбата Ахматова.

– Пуля попала в грудь рядом с сердцем. Султан Русланович в сознании. Надеюсь, выживет, – вздохнул танкист и вытер запекшуюся кровь на хэбэ. – Это его кровь, не моя, – ответил Роман Романович на вопросительный взгляд Калиновского.

– А на моих руках – Вовкина! – произнес дрожащим голосом Калиновский.

Ахматов махнул рукой и остановил проезжающий мимо танк.

– Пехота! Слушать всем меня! Принимаю командование маневренной группой на себя! Перезарядить оружие! Пополнить боеукладки пушек! Продолжать вести беспокоящий огонь! Может, случайной пулей завалим этого долбаного снайпера! – распорядился Роман и медленно поехал на танке дальше вверх к перевалу. Но командовал он всего полчаса, потому что пуля снайпера попала ему в живот, чуть выше печени. Примчавшийся с заставы БТР местного полка подобрал его, а также убитых и раненых водителей и поспешил вниз к вертолетной площадке, чтобы успеть вернуться засветло.

Колонну возглавил Скворцов. Вскоре он подъехал к стреляющей бронемашине и, выпрыгнув из башни танка, приказал Калиновскому:

– Замполит, убери БМП на двадцать метров вперед. Я сейчас начну танком сталкивать горящие машины в пропасть. Боюсь, что бензобаки и цистерны могут взорваться. Вас может зацепить!

– Есть, товарищ майор! – ответил Александр. Его машина продвинулась вперед и спряталась за выступом скалы.

Танк столкнул один за другим «наливняки» и прицепы с бочками в пропасть. Часть цистерн взорвалась на дороге от воспламенившихся паров топлива. Некоторые емкости взорвались в ущелье. Через пятнадцать минут дорога была свободна, и уцелевшая половина колонны помчалась дальше, навстречу своей неизвестной судьбе.

В горах в это же время разыгралась другая трагедия.

Саперы проверили щупами грунт в старых духовских «СПСах», и вторая рота в одном из них установила миномет. После первого же выстрела в земле сдетонировала глубоко закопанная старая мина-сюрприз. Минометчику Макатону вырвало обе ноги выше коленей, заодно покорежив мужское хозяйство. Молодому же солдату из второй роты, подававшему мины в укрытие, оторвало левую ногу…

* * *

Разведчики неторопливо выкладывали стену из булыжников. Броня стояла на обочине трассы, задрав вверх пушки, направленные на склон хребта. Внизу, далеко в глубине ущелья, протекала речушка. Через нее по камням переправлялся Пыж с разведвзводом. Всего восемь штыков. Судя по маршруту, им предстояло топать часа три до горной вершины. Где-то вдали раздавались приглушенные взрывы, в небе висели четыре «крокодила» и плевались «нурсами». Непонятно было: то ли бой ведут, то ли просто горы обрабатывают.

На моей бронемашине находились только два бойца, на другой – два солдата и сержант Шлыков. Сержанту дали передышку. После рейда он уже – дембель, поэтому в горы не потянули, оставили командовать огневой точкой. Я тоже взялся за камни, помогая солдатам строить «СПС». Чем выше возведем стену, тем надежнее будет защита от пуль и гранат. Если духи полезут именно в этом месте, мы, конечно, посопротивляемся, но долго не продержимся. До ближайшего поста около полутора километров, а другой пост еще дальше. За изгибами дороги, за нависшими каменными выступами ничего не видно и не слышно. Захотят нам помочь соседи – не пробьются. Разведка тоже закрепится далеко от нас. Ни мы им не помощники, ни они нам. Каждый за себя. Все будут выживать самостоятельно.

В шлемофоне стояли сплошные шумы. Радиостанция была на дежурном приеме, никто нас не вызывал, не ругал. Забыли – и ладно. Чего лезть с расспросами к начальству, еще попадешь под горячую руку.

Стены толщиной в два камня подрастали на глазах – в высоту и длину. За таким бруствером можно стоять в полный рост. Только голову не высовывай!