Читаем Контрабандист полностью

– Ты чего, сука, тут ошиваешься? – прошипели мне на ухо.

Я осторожно скосил глаза и увидел того самого охранника, который провожал меня до лифта. Еще двое довольно нерешительно выглядывали из-за какой-то двери.

– В стену смотреть! – рявкнул он. – Ты тут один?

– А может, по стаканчику? – без особой надежды предложил я.

– Щас, блядь, такой тебе будет стаканчик… – Больше он ничего не добавил.

Штурмовики свалились прямо с потолка, проломив панели. Оказалось, эти сукины дети подобрались поближе по коммуникационным ходам, пока охрана отвлекалась на меня. Моего мучителя, аккуратно, с легким хрустом, сложили пополам, а что сделали с остальными, я просто не успел увидеть. Только слышал какой-то грохот и за ним – остервенелый мат, перешедший в сдавленное пыхтение.

– Меня тоже арестовывайте, – быстро и негромко напомнил я. – Они же смотрят!

– Как скажешь, парнишка! – Меня тут же огрели чем-то сзади по шее – не смертельно, но убедительно. Я упал на колени и ощутил, как на запястьях затягиваются пластиковые жгуты.

Последующие сорок минут я провел лежа на полу. О том, что происходило на базе, я догадывался по звукам. Полицейские прорвались к воротам со стрельбой, которая, впрочем, продолжалась недолго. Ворота открыли, впустив основные силы, которые десантировались поблизости, воспользовавшись временной слепотой радара.

Все делалось быстро. Резервная смена охраны только выползала из кроватей и натягивала штаны, а базу уже наводнили серо-зеленые бронекостюмы. Порой доносилась стрельба, хотя я сомневаюсь, что кто-то оказывал сопротивление полиции. Скорей, палили сами полицейские для острастки или так, для веселья.

В лежачем положении у меня было время хорошо обо всем подумать и оценить ситуацию. Не приходилось сомневаться, что свою физиономию я показал больше, чем дозволено, и мою связь со вторжением полицейских сил проследить совсем просто.

Теплилась надежда, что в такой суматохе никто об этом не задумается и про меня просто не вспомнят. А когда вспомнят – будет поздно. Попросту не дотянутся.

Наконец меня подняли с пола и повели в главный аппаратный зал – большое круглое помещение, куда сейчас собрали всех обитателей базы. Я увидел кучу знакомых лиц, но почему-то ни одного лица руководящего. Ни Ступича, ни капитана Дэбы на глаза не попалось. Возможно, им предоставили отдельное помещение, а скорее всего их уже начали допрашивать.

Меня тоже должны были увести для допроса – обязательно на виду у всех, а потом тихонько отпустить восвояси. И даже доставить до ближайшего нуль-терминала, чтобы я мог спокойно убраться домой. Моя неволя заканчивалась. Приближение священного момента портило одно обстоятельство: мне нестерпимо хотелось по-маленькому.

Задержанных по очереди выводили из зала на допрос к дознавателям. Моя очередь пришла довольно скоро. Допрос был не совсем допрос: отсканировали подкожный чип, спросили о роде занятий, да вот, собственно, и все. Это было еще не следствие, а попросту перепись задержанных и отфильтровка наиболее интересных персон.

Я, судя по всему, оказался интересной персоной. Во всяком случае, дознаватель едва заметно усмехнулся, когда увидел мое имя, и что-то неслышно сообщил своему помощнику.

Я понял, что мне вот-вот объявят о завершении моей миссии – не столь героической, сколь паскудной. Особенно радовало, что совсем скоро я доберусь до унитаза.

* * *

– Мы ничего не нашли, – это было первое, что я услышал, когда меня привели в штаб операции.

Одетый в штатское полковник с птичьим носом и пронзительными глазами-лазерами ходил взад-вперед передо мной и нервно теребил антенну рации.

– Какая досада, – отозвался я. – И чем я могу вас утешить?

Полковник посмотрел на меня так, словно я предложил ему руку и сердце.

– И вы еще спрашиваете?! – изумленно проговорил он. – Ваши кураторы ясно и четко заявляли, что их человек – то есть вы – обеспечит проникновение на объект и сбор доказательств.

– Мне кураторы ничего такого не говорили, – я простодушно развел руками. – Мне приказали открыть люк и ослепить локатор – вот и все. Вы, наверно, кураторов как-то не так поняли.

При других обстоятельствах я бы сейчас вовсю потешался над бестолковыми госчиновниками, которые даже понять друг друга не могут, не то что какое-то дело организовать. Но мне было как-то не до смеха. Нервотрепка продолжалась, и это было уже невыносимо.

– С полным перечнем приказов и инструкций по операции мы разберемся позднее, – заявил полковник. – И вашу роль мы уточним очень тщательно. А сейчас мы ждем от вас предложений, как от человека, владеющего информацией. И при этом единственного, кому мы здесь можем довериться.

– Какие предложения? Какая информация?! – Я уже хотел, чтоб меня вернули в общий зал к остальным задержанным. – Не надо мне доверяться, оставьте вы меня в покое!

– Вся наша операция – пустышка, если мы не получим доказательства. Ведь она была организована на основании вашего рапорта.