Читаем Консьерж полностью

Возможно, вы помните, что я упоминал американца Дэйва – он был в числе прибывших. С первого взгляда я понял, что передо мной никчемный, горластый бездельник в неприличного размера ковбойской шляпе и накинутом на плечи синем джемпере от Ральфа Лорена. Кто же носит ковбойскую шляпу в Йоркширских долинах? Один сильный порыв ветра – и она взмоет ввысь и полетит над холмами. Но некоторые девушки на ресепшене, завидев его, потеряли голову. Кто-то даже протянул: «Красавчик…» Очевидно, что загорелый, светловолосый янки им понравился. «Потрясающий…» – вздыхали они. Знаю, он уже ведет переговоры, чтобы выпустить собственную книгу о том, что произошло в отеле «Кавенгрин», но, надеюсь, мой роман первым окажется на прилавках. Американец Дэйв все преувеличит, и к тому же он наверняка смутно помнит, что произошло, ведь те дни он провел, не выпуская из рук стакана с виски. Не говоря уж о том, что мне надо защищать свою репутацию; вряд ли он скажет обо мне что-то хорошее.

Таня, его соотечественница, следовала за американцем Дэйвом как тень. Она носила обручальное кольцо, но, когда поблизости не было других янки – типичных канцелярских крыс, – принималась напропалую флиртовать с ним, что выглядело весьма неуместно. Работая консьержем, замечаешь всякое.

Других, кажется, звали Райли и Джексон. Обычные американские имена. Не в моем вкусе. Не думаю, что они будут фигурировать в моей истории. Одному Богу известно, где их носило. Они всегда держались на заднем плане, присутствовали только для галочки, и мнения их никто не спрашивал. Один отвечал за социальные сети или подобную ерунду, а другой был бухгалтером. Забыл, кто из них кто.

Они расположились в четырех номерах – каждый в отдельном. Кроме них, из тех, кто заселился в понедельник, в день убийства в отеле оставались Сью и Мартин Бейнбридж, а также дочь Сью по имени Оливия, падчерица Мартина. В среду днем в «Кавенгрине» справляли ее свадьбу. И первые два дня невеста провела, вовсю командуя персоналом и доводя до слез свадебного организатора. Вот и все, что касается прибывших в понедельник.

Патрик, будущий муж Оливии, приехал в среду утром, с совершенно осоловелыми глазами. Накануне Рэй и Джамиль, его приятели, устроили мальчишник в пабе неподалеку. Рэй и Джамиль жили в одном номере; Патрик расположился вместе с ними, но после свадебных торжеств присоединился к молодой супруге в номере для новобрачных. Если не считать того, что в день свадьбы он был с бодуна, Патрик казался порядочным человеком. В целом вел он себя вежливо и не повышал голоса.

Друзья жениха, напротив, оказались сущими грубиянами. Пускай они получили образование в частной школе, но по причине молодости еще не могли по достоинству оценить элегантность «Кавенгрина». Очевидно, что денег у них было предостаточно; пожалуй, поездка на Ибицу с постоянными возлияниями больше пришлась бы им по вкусу. Тем не менее я относился ко всем гостям одинаково. Так и должен поступать хороший служащий. И в самом деле, кто я такой, чтобы смотреть на кого-то свысока? В конце концов, я всего лишь консьерж.

Близняшки, Руби и Оксана, также прибыли в среду. Они были из тех девушек, что росли на всем готовеньком и не обладали ровным счетом никакими манерами. Привыкли получать что вздумается, а «спасибо» говорить не научились. Близняшки прикатили на «мерседесе», багажник которого был битком забит чемоданами, и потребовали, чтобы их немедленно отнесли в номер.

За ними едва поспевали визажист и парикмахер, тащившие сумки с косметическими принадлежностями. Близняшкам показали комнату, которая, по-видимому, не соответствовала их ожиданиям, как сообщил мне швейцар Джо. Он сказал, что они на него накричали.

Руби и Оксана – подружки невесты. Сперва казалось, что они совершенно одинаковые, но, присмотревшись, понимаешь, что различить их нетрудно. Руби вела себя грубо, была крикливой, а Оксана – та потише. Лицо Оксаны слегка округлое, а у Руби – заостренное. В целом обе близняшки отличались скверным нравом. Им посчастливилось обладать приятной внешностью, и, входя в комнату, они производили сильное впечатление, но характер имели ужасный. Осмелюсь предположить, что у них были сербские или хорватские корни. У обеих девушек были длинные прямые светло-каштановые волосы, голубые глаза и неестественно пухлые губы. Слышал, как они, хихикая, обсуждали, что наверняка затмят собой невесту. И это в день ее свадьбы!