Читаем Кому это надо полностью

Замечтавшись, неотрывно следя за «девяткой, я чуть было не пропустила свою остановку, и опрометью кинулась к выходу, когда люди уже поднимались на подножки. Проигнорировав многоголосое ворчание за своей спиной, я выскочила из троллейбуса и остановилась в одиночестве, соображая, где же находится Дрюнин проулок. Их тут столько, этих проулков, и все одинаковые, что я постоянно их путаю.

Можно было, конечно, прочитать вывески с названиями улиц, но я, как назло, все время забывала, какой номер носит Дрюнин переулок – то ли седьмой, то ли шестой… К тому же у меня плохое зрение, и я даже в очках не могла четко разглядеть цифры и буквы на табличках.

Услышав сзади шум мотора, я повернулась, чтобы спросить, не знают ли сидящие в автомобиле люди, где живет Мурашов. Если они сами живут поблизости, то просто не могут не знать его.

Повернувшись, я с удивлением увидела ту самую синюю «девятку» и обрадовалась ей как старой знакомой.

– Скажите, пожалуйста, – радостно кинулась я к остановившейся «девятке». Сидящие в ней люди, однако, не были настроены ко мне столь же благодушно.

Один из них, выскочивший из машины невысокий крепкий парень быстро сгреб меня в охапку, зажав одной рукой рот, и быстро затолкал в машину на заднее сиденье, сев слева от меня. Справа сидел другой товарищ, имевший довольно внушительные габариты, так что я оказалась буквально зажата между двумя парнями.

– Куда… Куда вы меня везете? – в отчаянье спросила я. – Я буду кричать!

– Тихо, детка, тихо, – заклеивая мне рот скотчем, сказал сидевший справа детина. – Кричать, брыкаться и совершать других резких и глупых движений не рекомендуется. Будешь сидеть тихо – довезем в лучшем виде.

После этого мне на голову накинули какое-то покрывало, пригнув мою голову вниз так, чтобы меня не было видно из окна, и машина тронулась с места.

Сидеть в такой скрюченной позе было жутко неудобно, к тому же мне не хватало воздуха, и я отчаянно крутила головой, за что только получала по ней несильные, но довольно ощутимые тумаки.

Дорога показалась мне вечностью. К тому же я ломала голову над тем, кто эти люди и куда они меня везут.

«Скорее всего, это сексуальные маньяки! – пронеслось у меня в голове. – И везут в посадки, находящиеся неподалеку. А там…»

Вот о том, что со мной будет происходить там, мое воображение вообще отказывалось комментировать. Одно только я понимала, что ничего хорошего меня не ждет.

И черт понес меня к этому Мурашову! Ну что он мог предложить мне стоящего? Наверняка опять какую-нибудь аферу! И вместо этой аферы я попала в куда больший переплет.

Правда, что-то мы слишком долго едем. Посадки давно должны были кончиться по моим расчетам. Или у меня от страха произошла потеря чувства времени?

Если это маньяки, то они давно уже должны были осуществить свои намерения и вышвырнуть меня из машины. Хорошо, если в живом виде.

Наконец, машина остановилась. Меня рывком выдернули из нее и, не снимая с головы покрывала, а со рта скотча, потащили куда-то по лестнице вверх.

Несмотря на то, что меня поддерживали под руки с обеих сторон, я спотыкалась при каждом шаге, а один раз чуть не загремела вниз по ступенькам.

– Да иди, что ль, ты ровно, бл…! – не выдержал один из сопровождающих. – Ноги у тебя, что ли, кривые?!

Ноги у меня были очень даже ровные и стройные, но в данную минуту я не могла даже достойно опровергнуть это гнусное обвинение.

Наконец меня втолкнули в какую-то комнату и сдернули с головы покрывало. В глаза сразу брызнул яркий свет, и я невольно зажмурилась. Очки мои сползли куда-то к самому рту, залепленному скотчем.

– Разлепите ей рот! – послышался знакомый голос, но я никак не могла сообразить, кому он принадлежит.

Один из парней резким движением сорвал с меня скотч, и я вскрикнула от боли.

Поправив очки, я посмотрела на стоящего у окна мужчину со скрещенными на груди руками.

– Добрый день, Ольга Андреевна, – поприветствовал он меня. – Я же говорил, что мы с вами еще встретимся. Только не предполагал, что так скоро.

– Здравствуйте, Иннокентий Александрович, – хриплым от долгого молчания голосом ответила я. – А уж насколько я не предполагала! И что вам нужно от меня на сей раз?

– Все то же, дорогая моя, все то же. Пленка.

– Но я же вам все рассказала! Мишка…

– Ваш Мишка, – отчеканил Иннокентий Александрович, – вернее, его труп был найден сегодня утром в овраге. Со сломанной шеей, – добавил он.

В ответ на это я даже не знала, что и сказать. Просто стояла и хлопала глазами.

Как же так? Ведь именно он, по всей видимости, убил Катю. Но как же тогда получилось, что он сам погиб?

Мысли мои, и так сбившиеся в кучу после столь некомфортабельной поездки, да еще оглушенные новостью, теперь копошились в моей голове, отчаянно пытаясь выстроиться в четкую линию, которая почему-то все время расплывалась.

– А вы уверены, что это не ошибка? – тихо спросила я. – Что это действительно он?

– Уверены! – буркнул Иннокентий Александрович. – Родители уже опознали!

– А может… Может, это несчастный случай? – с надеждой спросила я. – Его, наверное, можно обыскать. Вдруг пленка при нем?