Читаем Коммандо полностью

Синди разозлилась. Она терпеть не могла неизвестности. Не то, чтобы ее мучила страсть к конкретике, но вести машину и терзаться вопросом: «А жива ли я буду через полчаса?», согласитесь, это слишком. Нет ничего хуже неизвестности. Это ясно всем и каждому. Ждать и догонять. И то, и другое подразумевает общее понятие — неизвестность. В эту секунду Синди ненавидела и диспетчера, отменившего рейс, и липкого блондина, пристававшего к ней в аэропорту, и здоровяка, сидевшего в ее машине и хмуро глядевшего через лобовое стекло вперед и, наконец, еще кого-то, допустившего всю эту чехарду.

Эта ненависть добавила Синди решимости. Какого черта?! Если ее хотят убить, то можно хотя бы сказать об этом вслух! Или у этого тупого громилы не хватает смелости? Господи, да что она может сделать? Ей нужно-то совсем чуть-чуть — приготовиться!

Подумав об этом, Синди задала вопрос. Ответ немного обнадежил ее, но нельзя сказать, чтобы она успокоилась окончательно.

— Вы бы не сказали мне, — мрачно констатировала девушка.

— Что? — «Незванный пассажир» явно витал где-то в облаках.

— Я говорю, что даже если бы вы собирались меня убить, то все равно не сказали бы…

Он пожал плечами и спокойно возразил:

— Сказал бы.

— Правда? — Синди с надеждой взглянула на здоровяка и поразилась тому, как он изменился за долю секунды. Сейчас от его безликой вялости не осталось и следа. Тело напряглось, в глазах блестел огонь. Чуть подавшись вперед, гигант всматривался в поток машин. Синди проследила за его взглядом. Не далее чем в десяти метрах от «форда», в просвете между синим «сивиком» и бежевым «бьюиком», мелькнул зеленый «порш». Девушке показалось, что она даже разглядела белые волосы ее обладателя.

— Доверьтесь мне! — вдруг бросил здоровяк, не отрываясь от дороги. — Доверьтесь мне и не упустите эту машину. Это очень, очень важно.

«Странно, — подумала Синди. — Если он собирается меня убить, то почему так разговаривает? Подобный тон вовсе не подразумевает беспрекословного подчинения, скорее, это похоже на просьбу. Убийцы же, наверное, не просят своих жертв. Они приказывают».

(«Ну-ка, крошка. Будь добра, не дергайся и подставь шейку, а то мне неудобно тебя резать». Иди в задницу, подруга.)

«Порш», маячащий недалеко впереди, вдруг шустро нырнул в появившийся просвет между огромным рефрижератором и легковым «понтиаком».

Синди могла бы поставить десятку против «никеля», что сейчас он уверенно удаляется от них, набирая скорость, вкручиваясь поджарым корпусом в самое сердце автомобильного потока.

И, черт ее возьми, если она, неожиданно для самой себя, вдруг не нажала на газ.

«Форд» резво рванул вперед. Девушка, сдерживая подступивший к горлу вопль, то ли ужаса, то ли восхищения, крутила рулевое колесо, молясь тому, кого она ненавидела несколько минут назад, чтобы «форд» не столкнулся с каким-нибудь автомобилем и не превратился в кучу лома, зажавшего внутри изувеченного салона два огромных кровавых ростбифа! Уаааааооо!!!

Словно неведомая сила управляла ее руками. Синди, пожалуй, даже если бы и захотела не смогла бы разжать своих побелевших, сведенных судорогой пальцев. Тем не менее, она отыскивала глазами прорехи, дыры в обступившей ее железной, разноцветной, фырчащей выхлопами реке и бросала «форд» туда, изредка повизгивая от ужаса, недоумевая, как она вообще решилась на эту гонку и почему до сих пор цела.

Странный пассажир оценил мастерство водителя одним коротким словом:

— Молодчина!

Это продолжалось всего несколько секунд, растянувшихся для Синди в молниеносно мелькающую бесконечность. Наконец «порш» вновь замаячил на два корпуса впереди, и девушка смогла сбросить скорость, со всхлипом переводя дыхание.

— О, Господи… — пробормотала она. — О, Иисус!

(«Вот она, твоя цыплячья грудка, дорогуша».)

Пассажир по-прежнему смотрел только вперед, но теперь на его губах играла зловещая улыбка. И Синди почувствовала, что опасность ей, действительно, не угрожает. Именно поэтому она отважилась выдавить из себя очередной вопрос:

— Может быть, ты теперь объяснишь мне, в чем дело, а? Или, по-твоему, я специально купила машину, чтобы катать тебя по вечерам?

Здоровяк быстро посмотрел на девушку, и ей вновь почудилось в его взгляде то ли удивление, то ли смущение.

— Я доверял одному парню, — после небольшой паузы пояснил он. — Много лет. Как себе. А теперь этот урод хочет, чтобы я умер.

Джон не лгал. Не сказал, конечно, всей правды, но и не лгал.

Синди вздохнула.

— Я могу его понять, — она покачала головой. — Я знаю вас всего пять минут, но тоже хочу, чтобы вы подохли.

Метрикс не разозлился. Даже раздражение не тронуло разума. Честно говоря, ему нравилось, как держалась девушка. Да и вряд ли можно ожидать от перепуганного человека, что тот бросится объясняться в любви собственному похитителю. Хотя… не так уж она и испугана.