Читаем Комиссар Дерибас полностью

— Вызывает Дерибас, чтобы арестовать? И, вы здесь устроили мне ловушку? Почему вы так со мной разговариваете и что вам от меня нужно?!

— Я вам уже объяснил: у чекистов не было другой возможности связаться с вами. — Консул сбавил тон, и Ланговой окончательно убедился, что попал в точку. — Я доложу Дерибасу, что вы отказались подчиниться!

— Доложите кому угодно. А меня немедленно отпустите. Я подниму шум и вызову полицию. — Ланговой с решительным видом вскочил со стула.

— Господин Арзамасов, господин Арзамасов! — В комнату вбежал переводчик, который сопровождал его по Харбину. — Остановитесь. Извините. Вы по ошибке попали не туда. Вас ожидает господин генерал.

Ланговой, кипя от негодования, а внутренне содрогаясь от сознания того, в какую пропасть он мог упасть, пошел следом за переводчиком. В большом кабинете действительно сидел Доихара Кёндзи и улыбался.

— Господин Арзамасов, извините. Садитесь и успокойтесь. Я буду с вами откровенен. Вы должны понимать, что в нашем деле нельзя без проверки. Я устроил вам маленькое испытание. Теперь я буду вам верить полностью.

— Неужели вы не верили после того, как узнали, что я сражался с пограничниками и бежал вместе с господином Куксенко? Что на той стороне мне не будет прощения?!

— Верить я верил, но проверка нужна всегда. Вы сами это скоро поймете. Сейчас я хочу говорить с вами о деле. Вы готовы?

— Да.

6. ВАМ ИДТИ ДАЛЬШЕ…

Во втором часу дня к Дерибасу заехал Блюхер.

— Здорово! Поздравляю юбиляра! — Блюхер подошел и обнял Дерибаса, который от неожиданности так и остался сидеть с очками в руке.

— Спасибо. Ты откуда узнал?

— Слухами земля полнится, — пошутил Блюхер. — Кто в городе не знает, что нашему чекисту Дерибасу исполнилось пятьдесят лет! Сегодня вечером тебя будут чествовать, а сейчас поедем ко мне на пельмени.

Дерибас пригладил рукой свою бородку, лукаво улыбнулся. Сложил бумаги стопкой и, направляясь к сейфу, сказал:

— Поехали. От тебя не отвертишься. Да и поговорить кое о чем нужно.

Блюхер с семьей занимал двухэтажный особняк недалеко от центральной улицы города. Дом был обнесен высоким забором и охранялся. Как только они вошли в дом, запахло вкусным. Дерибас почувствовал, что голоден.

Жена Блюхера поставила на стол большую миску с горячими пельменями. Василий Константинович принес бутылку русской водки. Налил в стопки:

— Давай по одной. За твое здоровье. И с днем рождения! Все равно другого времени у тебя не будет.

Выпили, поели пельменей.

— Может, приляжешь? — предложил хозяин.

— Нет, не могу. — Дерибас закурил. — Нужно поговорить с тобой, а потом на службу. Скопилось много дел.

— Давай рассказывай. — Блюхер сел на мягкий диван.

— Дело деликатное. Прибыл мой человек с особым поручением с той стороны. Доихара Кёндзи, этот восточный Лоуренс, о котором я тебе рассказывал, хочет проникнуть в твой штаб. Дал этому человеку задание.

— Каким образом он намерен это сделать?

— Мой сотрудник, которому удалось войти в доверие к Доихаре, женат на женщине, а ее брат служит в твоем штабе. Доихара поручил завербовать брата. Обещал большие деньги. Вот я и хочу посоветоваться с тобой, нужно ли продолжать игру?

— А почему не продолжать? — Блюхер поднялся с дивана. — Это нам может пригодиться… Следует обдумать. Давай поговорим завтра. Ведь для тебя потребуется информация.

— В этом все дело. Смогут ли подготовить?

— Договорились. До завтра.

А вечером в клубе на собрании сотрудников полномочного представительства ОГПУ состоялось чествование Дерибаса. Говорили сослуживцы, партийные работники у все те, с кем он вместе работал.

Председатель крайисполкома Крутов зачитал Указ о награждении Дерибаса вторым орденом Красного Знамени в связи с пятидесятилетием и тридцатилетием прерывания его в партии большевиков. Ехать в Москву за орденом Дерибасу не разрешили из-за сложной обстановки на государственной границе.

После юбилейного собрания прошло несколько дней. Неожиданно позвонил Невьянцев:

— Терентий Дмитриевич, Ланговой срочно вызывает на встречу.

— Когда состоится встреча?

— В двадцать два часа.

— Я пойду вместе с вами. Хочу послушать.

Невьянцев встретил гостя. Ланговой узнал Дерибаса и сразу засмущался. Четко, по-военному, отрапортовал:

— Здравия желаю, товарищ комиссар!

— Здравствуйте, здравствуйте. Садитесь.

Ланговой сел на край стула.

— Вы не смущайтесь. Там вы держались храбрецом, не смущайтесь и дома. Садитесь как следует, у нас будет длинный разговор. — И, как всегда, спросил: — Вы курите?

— Курю. — Ланговой ответил и покраснел, чего с ним почти никогда не случалось.

— Вы почему покраснели?

— Я вспомнил свою первую встречу с вами. — Ланговой рассказал, как Дерибас подарил ему трубку. Все рассмеялись.

Дерибас достал портсигар и угостил Лангового. Закурили. Ланговой освоился и стал держать себя просто.

— Расскажите, пожалуйста, все подробно, — попросил Дерибас.

Ланговой рассказывал долго, и чекисты слушали не перебивая.

— Благодарю вас за службу, — сказал Дерибас, когда Ланговой закончил. — Мы зачислили вас в штат. Почему вы попросили срочно с нами встретиться?