Читаем Комбинат полностью

Интересно, прикончит ли теперь Славест Джульбарса, чтобы избавиться от главной улики? По-хорошему, это следовало сделать сразу — подозрительность подозрительностью, но без прямых доказательств… хотя о его родстве с Петькой мало кто знал… Надо полагать, старик все же привязан к псу. Вопрос лишь, насколько. У совка была собака, он ее любил, она съела кусок сына, он ее убил… Впрочем, скорее всего, разоблачать его все же не понадобится. Чем больше Николай об этом думал, тем более приходил к выводу, что пропуск действующий. Славест подготовил его заранее, еще не зная, что его ждет обвинение в убийстве; конечно, если бы речь шла лишь об обмене доноса на пропуск, Карлов мог бы смошенничать — ведь покарать его потом было бы проблематично. Но он не отказался от своего плана, узнав, что обстоятельства поменялись… И то, что он сообщил о своей болезни, пожалуй, объясняло ту легкость, с какой он согласился пожертвовать государственным секретом ради частного. На пороге смерти — отнюдь не плакатной и не героической — для него, наверное, личное действительно стало важнее идеологической шелухи. И вполне возможно, что пса на Петьку он все же спустил не только и не столько в порядке самозащиты, сколько желая под конец исправить зло, принесенное им в мир. Возможно — и даже вероятно — что он сознательно пустил его в квартиру с этой целью…

Николай тщательно спрятал пропуск в глубине внутреннего кармана, а затем пошел обратно — туда, где скучал у бровки в своей колымаге Сашка.

— Домой, — барским тоном бросил Селиванов.

— В Москву, что ли? — осклабился водила.

— Пока что на Ударников, — ответил Николай не расположенным к шуткам голосом. — И ты понадобишься мне сегодня ночью.

— Да я ж не баба, — Сашка, наоборот, явно пребывал в хохмаческом настроении.

— Я тебе плачу не за плоские шутки, — произнес Селиванов уже с явным раздражением. — В 23:00 будь у моего дома.

— Куда поедем? — осведомился Сашка.

Николай хотел честно ответить, но интуиция в последний миг заставила его удержаться.

— Там узнаешь, — только и сказал он.

— Ну хоть не загород? Бензина-то хватит? А то тут ночью х… где заправишься…

— Нет, все в пределах города.

— А обратно когда?

— Там видно будет.

— Поди туда, не знаю куда… — проворчал Сашка. — Ладно, хозяин — барин. Только за ночные сверхурочные добавить бы надо.

— Получишь двойную плату, успокойся.

Сашка удовлетворенно замолк.

По дороге Николай думал, чем заняться до вечера. Вполне возможно, что это его последний день в Красноленинске. Последний шанс осмотреть то, что он еще не видел… Но что здесь еще смотреть? Пресловутую тюрьму? Стадион «Трудовые резервы»? Краеведческий музей с виселицей и диорамой — который, кстати, по будням все равно закрыт? Местные питейные заведения? Нет уж, пожалуй, он сыт здешними достопримечательностями по горло… Имело бы смысл лично пообщаться с «вервольфами», но тут он допустил ошибку, предупредив Косоротова, который оказался вовсе не невинной жертвой чужой интриги. Что именно тот рассказал своим, неизвестно, но теперь к «вервольфам» лучше не соваться… Так что, пожалуй, он останется дома в компании ноутбука. Чертовски хотелось выйти в интернет и проверить почту и новости, он ведь уже почти неделю не был в интернете… Напроситься, что ли, к Светлане, чтобы пустила его попользоваться гостиничным? Хотя она ведь сейчас не на работе, у нее отгул из-за похорон… Да ладно, еще денек можно и потерпеть.

Хотя, с другой стороны, еще не факт, что он уедет отсюда завтра. Вполне возможно, что то, что он увидит во внутреннем круге, станет не завершением, а лишь началом большого расследования… Главред ему, кстати, так и не перезвонил. Хотя — чего перезванивать, пока нет конкретного результата. Ну и хорошо, что не звонит. Николай, как всякий идейный одиночка, не любил, когда ему лезут под руку с руководящими указаниями, особенно — на решающем этапе.

Сашка остановил машину возле безруковской избы.

— До вечера точно не понадоблюсь? — уточнил он. — А то, если у нас сегодня ночная смена, мне хоть выспаться надо.

— Высыпайся, — милостиво разрешил Селиванов и выбрался под дождь. Как этот город еще не смыло к черту при такой погоде…

Самому ему отсыпаться впрок не требовалось, так как он вообще редко ложился спать раньше двух-трех часов ночи и не думал, что его экскурсия затянется дольше. Он в очередной раз пополнил и отредактировал свои записи, затем посмотрел последний оставшийся на ноутбуке фильм (ничего особенного, но спецэффекты неплохие), затем не спеша съел очередную курицу с картошкой. Бабка во время ужина хранила молчание, и Николай решил дать ей знать, что все же получил ее предупреждение.

— Алевтина Федоровна, мне Женя говорил, что вы в шахматы играете — это правда?

— Играла когда-то в молодости…

— Так, может, вспомним молодость? А то мне тут, сами понимаете, не с кем…