– В твоих словах явственно звучит жажда мести, Хунг…

– А что в этом плохого?

– Ничего. Месть священна… но она часто мешает в делах такого рода.

– Я дам волю мести, только когда выполню работу, хозяин. Сначала вы получите свои деньги… двадцать, нет! тридцать миллионов, хозяин. Я выбью их из него! После чего прошу его отдать мне!

– Не лучше ли пойти другим путем, Хунг?

– Каким, хозяин?

– У него ведь наверняка есть родственники? Он заплатит за них любую цену.

– Слишком долго и ненадежно, хозяин. Кроме того, к делу могут подключиться его покровители, и тогда уже они начнут свою войну, в том числе и с вами. Я не думаю, что вам нужна война. Она вредна для бизнеса. А так разборки произойдут только между нами.

– Понимаю… – с грустью вздохнул Ассах. Война ему действительно принесет только один вред и никакой прибыли. – Но что ты хочешь от меня?

– Хозяин, я знаю, что у вас здесь есть своя ячейка «Серых волков». Отрядите этих людей под мое командование! И я с ними сделаю все в лучшем виде.

– К своему стыду, должен сказать, что у меня в Сант-Нодинске всего тридцать человек…

– Этого более чем достаточно, хозяин. Лишь бы они были при оружии…

– Это у них есть.

– Ваше решение, хозяин? – задал главный вопрос Гвинет, видя, как истекает последняя минута из купленного за пятнадцать реалов лимита.

– Хорошо… я дам тебе людей.

– Как мне их найти, хозяин?

– Очень просто…

Гвинет выслушал адрес, где находился главный из ячейки «Серых волков», и запомнил необходимые пароли, чтобы тот человек принял его за своего и, более того, стал подчиняться его приказам.

Повесив трубку, Хунг сплюнул и даже вытер рот рукавом. Так противно он чувствовал себя от произношения слова «хозяин».

«Ты заплатишь мне и за это унижение», – мысленно пообещал Дональдану Гвинет и, не откладывая ни минуты, отправился на встречу с главным «волком» в Сант-Нодинске.

60

Если бы какой-нибудь человек решил в вечернее время, когда уже зажглись фонари, обойти квартал, в котором находилось офисное здание «Габров и К°», он бы очень удивился, увидев, что чуть ли не на каждой улице, на противоположной стороне ближайших домов относительно обозначенной фирмы на равном удалении как от здания, так и друг от друга стоят небольшие фургоны, пусть и принадлежащие разным предприятиям начиная от цветочного магазина «Крапивник», сантехнической мастерской «Токарев и Тяпкин» и заканчивая нотариальной конторой «Некрополь».

А если бы этот человек, вдруг прослушивая радиоэфир в попытке отыскать нравящийся ему музыкальный канал, вдруг из-за сбоя в электронике наткнулся на переговоры и соотнес бы их с фургонами, то он наверняка сделал бы ноги и заперся дома, заперев двери на все замки.

– «Первый» – всем, на месте…

– «Второй» – «первому», на месте…

– «Третий» – «первому», на месте…

Далее еще семь групп подтвердили, что все они стоят на своих местах и ожидают приказа. В каждом грузовике помимо водителя томились пять человек с полным вооружением и без знаков различия.

– Отлично, готовность «один», – произнес «Первый».

В это время года темнело быстро, так что когда до назначенного часа «Х» оставалось несколько минут, Марж Хелгенбергер снова начал перекличку, но теперь уже других служб:

– «Первый» – «смотрителю-один», как дела?

– «Смотритель-один» – «первому», все нормально, ничего подозрительного в зоне ответственности не замечено.

– Движение есть?

– Так точно, разъезжаются последние сотрудники офиса, – сухо ответил «смотритель-один».

– Что-нибудь еще?

– Никак нет.

Закончив разговор со «смотрителем-один», Хелгенберген задал те же вопросы еще трем «смотрителям», по совместительству исполнявшим обязанности снайперов, но и их доклады ничем не отличались друг от друга. Все проходило тихо: сотрудники разъезжались, а в главном офисе директора горел свет. Объект находился на своем рабочем месте и наверное доделывал последние дела.

– Хорошо…

Марж посмотрел на часы. Бежали последние секунды обратного отсчета. Все сотрудники разъехались, в здании остались только весьма немногочисленная смена охраны в десять человек да сам объект.

Часы, показав на циферблате «00:00», тихонько пропели бравурный гимн Северного Союза.

– Сэр, прошу подтверждения приказа, – взявшись за другую рацию, произнес Хелгенбергер.

– Приказ подтверждается, выдвигайтесь, – ответила рация.

– Вас понял…

Марж снова сменил рации.

– «Смотритель-один» – «первому», свет в главном кабинете погас…

– Понял, «смотритель-один», продолжайте наблюдение… – распорядился Марж и, набрав в легкие побольше воздуху, скомандовал: – «Первый» – всем! Вперед!

Дверцы всех десяти фургонов распахнулись, и из машин выскочили в общей сложности пятьдесят человек, одетых во все черное, с тяжелыми автоматами «снайп», с легкими гранатами и дополнительными магазинами и прочим вооружением в жилетах-разгрузках.

Десятью вереницами они побежали к зданию с вывеской «Габров и К°».