Читаем Кольцо Тьмы полностью

Вшестером они бросились обратно. Еще одна короткая яростная схватка на лестнице — оправившись, Тубала гневно вырвала руку из лапищи Торина, перезарядила арбалет, и ее стрела уложила капитана стражи, командовавшего засадой.

Во дворце уже стоял страшный переполох. Вовсю били тревогу бесчисленные колокола, с воплями метались люди, сломя голову бежали куда-то шестерки и четверки стражников... Оставив после себя семь мертвых тел, беглецы вырвались на свободу.

Теперь их вел Рагнур. Несколько поворотов, малоприметный дворик, заваленная мусором крышка люка в дальнем углу — и темнота подземелья.

Только здесь они смогли перевести дыхание.

— Чего мы ждем? — первым опомнился Малыш. — Надо уносить ноги, пока не проснулась стража на стенах!

— Сейчас. — Рагнур снял шлем, отирая обильный пот. — Сейчас они погонят подкрепления к воротам; как только у нас над головой протопают — выходим!

Тяжело дыша, они приходили в себя. Эовин блестящими от слез глазами вглядывалась в темноту, стараясь рассмотреть друзей — они не бросили ее... пришли за ней... пришли выручать, рискуя жизнью... нет, не зря говорили, мастер Холбутла у нашего короля Эодрейда — самый смелый!

— А ты кто такая, дева-воин? — елико мог галантно осведомился Малыш. В темноте подвала не было видно ни зги.

— Я? — хрипло отозвалась Тубала. — Я...

— Ну да, ты! Что меня касается — так я Строри, сын Калина, гном Лунных Гор... точнее, бывший гном с Лунных Гор, потому как давненько уже там не бывал. А ты кто и почему спасла Эовин?

Девушка внезапно ощутила, как горло ее сдавила железная длань Тубалы — силой она едва ли уступала зрелому мужчине.

— Молчи-и-и, хочешь жить — молчи-и-и, — тонко-тонко выдохнула она прямо в ухо Эовин. Шеи девушки коснулось холодное острие.

И тут над головой и впрямь, как предсказывал Рагнур, затопали бегущие ноги.

— Десятка три, — заметил кхандец, вставая. — Пошли! Нечего рассиживаться!

— Дай руку, Эовин, — негромко произнес Фолко. Он чувствовал: в подземелье начинала копиться душная ненависть. Кто-то здесь очень сильно ненавидел его, Фолко Брендибэка, — и это ему совсем не нравилось. Предупреждая об опасности, сильнее обычного толкнулся в грудь кинжал Отрины. И еще — хоббит чувствовал страх Эовин, страх не за себя — за кого-то иного...

Казалось, Тубала растерянна и не знает, что предпринять. Фолко шагнул на тонкое, прерывистое дыхание Эовин, осторожно протянул руку... и коснулся чужого локтя, облитого мелким кольчужным рукавом. Локоть этот располагался так, словно бы к горлу Эовин было поднесено оружие...

Не теряя ни секунды, Фолко рванул руку на себя. Тубала яростно зашипела, точно рассерженная кошка, — однако хоббит уже кричал гномам:

— Сюда!

Меч рванулся вперед. Острие уперлось в шею Тубале. Все действие разворачивалось в полной темноте — и Фолко мог лишь поразиться, насколько же хорошо эта странная воительница видит в кромешном мраке!

Хоббит действовал по наитию, как всегда в минуту опасности. Он не тратил время на разговоры. Он точно знал, что рука Тубалы сжимает поднесенный к горлу Эовин кинжал, — и некогда было разбираться что, зачем, почему... Он сделал то единственное, что, по его мысли, обязан был сделать. Наверное, потом Тубала смогла бы оправдаться, упирая на то, что все это-де, мол, чистая случайность — но там, где бессильны доказательства словесные, можно опираться и на иные.

Подоспели гномы — и Тубалу скрутили. Рука Фолко нашла крепкую ладошку Эовин.

— Потом с ней разберетесь, с бесноватой этой! — торопил Рагнур. — Быстрее, иначе все пропадем!

— Ох и сильна ж! — пропыхтел Малыш — они с Торином едва-едва удерживали бешено вырывающуюся Тубалу.

— Брось ее! — резко скомандовал кхандец. — Эовин с нами — что еще нужно? Ходу теперь, ходу!

— Не-е-ет, вы от меня не отделаетесь! — взвизгнула Тубала, забыв всякую осторожность. — Не отделае-е-етесь!!!

— Постойте! — запоздало крикнула Эовин. — Она же спасла меня!..

Малыш и Торин, собрав все силы, отшвырнули воительницу и ринулись наверх.

Крышка захлопнулась перед самым носом обезумевшей Тубалы. Рагнур, крякнув, задвинул ржавый запор.

И был бег по ночному городу, заполошные вопли со всех сторон, мечущиеся факелоносцы; никто из харадских воинов не мог толком понять, что происходит; в суматохе маленькому отряду удалось перемахнуть через стену.

Они остановились, лишь когда от города их отделило около лиги. Здесь, спрятанные в зарослях, спокойно стояли кони.

Эовин сжала зубы, изо всех сил стараясь не дать волю слезам.

— Ну, а теперь рассказывай! — нетерпеливо потребовал Малыш. — Что это за чудо с тобой вместе оказалось?

— Она спасла меня, — всхлипнула Эовин. — Спасла, убила тюремщицу, открыла камеру...

— А зачем же тогда грозила тебе смертью? — удивился Фолко.

— Она... Она... — И Эовин, не выдержав, поведала все.

— Искала нас?! — выслушав рассказ, воскликнул Фолко. — Искала нас? Зачем?!

Эовин шмыгнула носом:

— Н-не знаю... Но мне показалось — в сердце ее чернота...

— Понятно, — буркнул Торин. — Искала нас, чтобы выпустить кишки. Вот только отчего, кто бы сказал?