Читаем Кольцо Тьмы полностью

Наугрим вышел к ним сам, они столкнулись с ним, завернув за угол. Похоже было, что он знал об их появлении.

Наугрим действительно был очень высок для гнома, на голову выше любого из них; ширина плеч говорила об огромной силе, черная густая борода спускалась почти до пояса; концы волос были обожжены. Но его глаза — ярко-синие — были такого редкостного даже среди людей цвета, что трудно было отвести от них взгляд — они казались удивительной чистоты самоцветами в темной оправе.

Взгляд Наугрима в первый же миг цепко ухватил хоббита; где-то в глубине черных зрачков, словно огонь потаенных кузниц, билось алое пламя мысли, и взгляд этот поистине заворожил Фолко. Хоббит вновь невольно взялся за рукоять на груди — и понял, что сила кинжала властно толкает его вперед, к этому удивительному существу. Он испытал нечто подобное тому, когда кинжал вел его к Синему Цветку.

— Здравствуй, я давно ждал тебя и твоих спутников, — обращаясь к хоббиту, заговорил Наугрим густым басом. — Ты бросил-таки свою долю на чашу весов. Идем же — будем говорить, и я постараюсь помочь вам отыскать единственную путеводную тропинку в том море мрака, что окружит вас, едва вы выберетесь из гостеприимной Гелии.

Он протянул хоббиту руку, раскрыв темно-коричневую ладонь, бугрящуюся крепкими, точно камень, мозолями, тыльную ее сторону пересекали несколько белых шрамов, особенно заметных на потемневшей от времени и трудов коже.

Наугрим провел троих друзей внутрь своего обиталища — скупо освещенного несколькими лампами покоя; все стены были увешаны оружием такой красоты, что у гномов отнялись языки.

— А камни не здесь, — вдруг улыбнулся в ответ на невысказанный вопрос Наугрим. — Это ниже, в тигельной... Но хватит! — Вдруг возвысил он голос. — То, что я скажу, — лишь для ваших ушей, и даже лучшим друзьям вы не должны рассказывать это.

— Почему? — удивился хоббит.

— Ты же слышал слова, что всякое знание должно быть заслужено. Вы заслужили. Прочие — нет.

Наугрим стоял, высокий и строгий, лицо его было бесстрастно — не судья, но лишь выполняющий предназначение Того Неведомого, в чьих руках качаются Весы и кому одному дано судить, как сделать так, чтобы равновесие никогда не нарушалось. И Торин с Малышом как-то оробело приумолкли, глядя на застывшего, точно изваяние, Наугрима. Тот указал жестом на каменную лавку, застеленную коврами, и хоббит послушно сел; Наугрим остался стоять, его лицо рассекали резкие черные тени от падающих лучей неяркой масляной лампы; он перемежал Всеобщий Язык с древнеэльфийским, и странно было слышать нежный язык эльфийского Заморья, в темной пещере Гелийских Гор звучал Квенея, язык Валинора. Фолко понимал его, он сам учил этот язык по старым записям Бильбо, приведенным им текстам и параллельным переводам; учил просто так, не веря, что Высокая Речь когда-нибудь зазвучит вновь; однако ошибся.

— И у вас, наверное, море вопросов, — говорил Наугрим. — Вы хотите знать, кто я, что значит мое пророчество, что я знаю об

Олмере, о Востоке, Юге и Западе, и о всем-всем прочем, включая Музыку Айнуров и Первого Великого Врага. Разочарую вас — мне дано открыть немногое, куда больше впереди. Итак, вы идете по следу Короля-без-Королевства, скрывшегося за Грядой и взвившего там свое черно-белое знамя. Вы надеетесь покончить с ним и избавить Средиземье от новой опасности. Я прав?

И он продолжал, увидев согласный кивок хоббита.

— Не ищи Олмера в его лагере, его там нет. Он ускакал к хаз-гам и попутно — искать места падения Небесного Огня. Когда он проходил мимо наших гор, мне удалось прочесть кое-что в его мыслях. Он думает о Тропе Соцветий и Доме Высокого, полагая, что найдет там нечто, что еще удивит его; и он будет искать дорогу туда. Ждите его возле Дома Высокого, Фолко, сын Хэмфаста из Хоббитании, и ты, Торин, сын Дарта! Ибо Олмер уже не тот, которого ты мог бы убить в далеком отсюда Аннуминасе.

— Почему не тот? — облизнув губы, с трудом спросил хоббит. — И что такое Дом Высокого?

— Что такое Дом Высокого, ты увидишь сам. Я не могу говорить тебе о нем, ибо от чистоты твоих помыслов зависит, пробьешься ли ты к нему. А почему Олмер не тот, могу сказать лишь, что сила его изменяет его природу.

— Откуда взялась его сила? — хрипло спросил Фолко. — Знаешь ли ты Радагаста Карего?..

— Этого незадачливого посланца Светлой Королевы? Знаю.

— Он говорил, что ему не проникнуть в истоки черной силы Олмера.

— Куда уж ему, — мрачно усмехнулся Наугрим. — Впрочем, этого не может никто. От меня это также скрыто, и, чтобы не покачнуть Весы, ты должен найти причину сам. Хотя, конечно, истоки-то этой силы понятно где — в наследии Саурона. Дальше все будет зависеть от того, что вы сможете разузнать.

— Так чем же тогда можешь помочь ты?! — вскинулся хоббит.

— Подсказать и направить, — ответил собеседник. — Не мешкайте. Времени мало.

— И это все? — мрачно спросил Торин.