– Отнюдь, – возразил Девятый. – Мы захватим заложников. Намечается большой двухдневный поход. Люди больше месяца трудились почти без выходных и с дикими переработками. Хотят отдохнуть. Хлебников выделил дополнительные средства на мероприятие. Желающих много, некоторые планируют целыми семьями отправиться. Лучшего шанса не будет.

– А какие требования предъявим? – спросил Третий. – Захват предполагает какой-то выкуп.

– Сейчас покажу, – Девятый достал телефон и открыл фотогалерею. – Снимки я сделал во время испытаний экспериментального робота. Он почти полностью состоит из органики, даже проводка. Если мы получим его и всю техническую документацию, это открывает для нас огромные перспективы…

– Какие же? – поинтересовалась Вторая.

– Во-первых, сам аппарат очень прочный, выдерживает попадание из стрелкового оружия. Значит, его можно использовать в качестве дрона-камикадзе. Проникаешь на нужный объект, активируешь бомбу, вуаля! Во-вторых, проводка там выполнена из биоматериалов, следовательно, снижается вероятность обнаружения взрывных устройств, которые будут на смертниках или в рассылаемых посылках. Уверен, рязанская ячейка «ЭкоТер» станет самой влиятельной и получит неограниченное финансирование от куратора.

– Предлагаю отметить! – Третий потянулся за стаканом.

Девятый посмотрел на Вторую, та едва заметно кивнула. Сидевшие за столом не успели заметить, как в руке Девятого оказался нож, и два точных удара, рассёкших горло мужчинам, были для них полной неожиданностью. Брызнувшая кровь попала на лицо Второй, и она вскрикнула. Девятый же поднялся и нанёс ещё несколько ударов своим жертвам. Уже без какой-либо точности. Просто для большей кровопотери.

IV

Вторая сидела на полу, привалившись к стене. Девятый оказался ещё большим ублюдком, чем она думала. После убийства он отказался что-либо делать, потому что «они должны разделить ответственность за это». Проще говоря, расчленять и закапывать трупы предстояло Второй. Девятый только руководил процессом, не принимая в нём участия.

Ладно, кое в чём он всё же помог. Вторая выкопала слишком неглубокую яму, и Девятый забрал у неё лопату, доведя дело до конца. К телам он даже не притронулся. Вторую несколько раз рвало, она бросала пилу, истерила, пыталась уговорить Девятого, предлагала ему деньги. Бесполезно.

– Если ты хочешь возглавить организацию, – терпеливо наставлял её Девятый, – то не можешь оставаться с чистыми руками. Ты должна осязать последствия своих решений, чувствовать кровь на своих руках и не бояться её. Иначе однажды, пока ты будешь колебаться, найдётся кто-то, кто испачкает свои руки уже твоей кровью.

Вторую снова стошнило. Девятый протянул ей воду, но она отмахнулась.

– Зря, – Девятый продолжал держать бутылку на вытянутой руке, – блевать тебе предстоит ещё не один раз, пусть лучше будет чем.

Мысленно выругавшись, Вторая взяла воду и сделала несколько крупных глотков. Стало полегче.

– Голову и кисти нужно будет утопить в болоте, – продолжил инструктаж Девятый. – Я смотрел по карте. Километрах в пяти отсюда есть подходящее. Лучше бы подальше, но ты вряд ли справишься. Ладно, я поехал. Не забудь прибраться в доме.

Он похлопал Вторую по плечу и подмигнул, словно сегодня вообще ничего не произошло, а встречались они исключительно для дружеского ужина.

Сейчас уборка была закончена, и Вторая обессилено опустилась на пол. Очень хотелось выпить, но тело отказывалось сдвигаться с места. Хорошо, ещё пять минут отдыха и…

Вторая отключилась, не успев закончить мысль.

Глава 6.

I

Рязанская область, Когривед.

Василий собрал вещи ещё с вечера. Он не любил утренней суеты. Надо спокойно встать, почистить зубы, позавтракать и со спокойной душой отправляться по делам. Бегать, выпучив глаза и ничего не успевая, глупо и непродуктивно.

Достав из шкафа ножны для скрытого ношения, Василий приладил их себе на лодыжку и опустил штанину. Нож он носил с собой всегда, исключая случаи, когда нужно было проходить множество рамок и уровней безопасности. Тогда Островский оставлял оружие дома: проще не взять, чем двадцать или тридцать раз за день показывать всем разрешение. На войне с этим было проще. И именно оттуда у Василия появилась привычка постоянно держать при себе нож. Он немного поразмыслил, а потом нацепил ещё и кобуру с пистолетом. Кто его знает, что за звери по лесам шастают… Лучше подстраховаться.

Взяв рюкзак, Островский тихо выскользнул из квартиры. Сын в поход идти не захотел, сославшись на «дела с друзьями». Ему-то хорошо, он на каникулах. А Василий за это время прилично вымотался. Хотелось оказаться за стенами института и перезагрузить голову. Город для такой задачи не подходил. Лес, речка, костёр, палатки, макароны с тушёнкой из котелка… Как в студенческие годы. Желательно, конечно, без песен под гитару, потому что их исполняют не только те, у кого есть голос. Но Островский готов был вытерпеть даже их. Пусть поют. Он же ляжет на землю, уставится на звезды и будет представлять, как грибоход…

Отставить! Никаких грибоходов ни сегодня, ни завтра!

II

Рязанская область, Когривед, внешний контур.