Читаем Когда время против нас полностью

В результате появлялась траншея, в которую проваливался кабель. Время от времени после окончания работы на очередном участке устраивался отдых, и так неделями и месяцами, пока весь дорогостоящий телефонный кабель не будет уложен в грунт. Сопло грунтососа подводится к нужному месту на грунте и удерживается в рабочем положении с помощью манипулятора, внешне напоминающего руку человека и умеющего поворачиваться, сгибаться, опускаться, подниматься и брать предметы. Это, вероятно, наиболее важный инструмент из всего, чем снабжен аппарат, и он абсолютно необходим при спасательных операциях, так как без манипулятора возможности аппарата резко снижаются.

Телекамеры, поворачивающиеся в двух плоскостях, позволяют записать на видеомагнитофон всю работу аппарата за время погружения, для того чтобы, возвратившись на судно обеспечения, можно было показать видеозапись любому заинтересованному лицу.

Спуск аппарата на воду и подъем его на палубу бывают довольно сложными, хотя при штиле это не представляет никакой проблемы. С помощью подъемного крана и толстого каната аппарат поднимают с палубы на корму корабля и затем опускают на воду. Водолаз, который уже стоит на подводном аппарате, отсоединяет подъемный канат, и корабль медленно буксирует маленькую полупогруженную лодку, готовую исчезнуть под волнами в точно запланированном месте. Здесь к аппарату подплывает водолаз и отсоединяет небольшую скобу буксирного конца, после чего привязывает яркий буй, и, по мере того как аппарат быстро исчезает под волнами, буйреп потравливают из резиновой лодки, называемой "джемини". В шторм все процедуры те же, но осуществить их значительно сложнее. При отсоединении подъемного каната водолаз висит на одной руке или на одной ноге, каждую секунду ожидая, что и его, и буксир, и аппарат накроет волной. Рядом надувную лодку бросает так, что обычно все вздыхают с облегчением, после того, как очередной бросок завершается благополучно.

Пилоты внутри аппарата чувствуют себя нормально, хотя сильное волнение на поверхности часто вызывает морскую болезнь у тех, кто предрасположен к ней. Если одного из пилотов укачало в начале погружения, то следующие восемь часов могут быть довольно отвратительными. Что может сделать человек, скорчившийся в неудобном положении в течение восьми часов, при тусклом свете, в душной и влажной атмосфере? Часто, особенно среди ночи, чувствуешь сильную усталость. Так мы зарабатываем на жизнь. Многие спрашивали меня о несчастном случае, происшедшем с нами, все время напоминали о нем, но после шести месяцев жизни на берегу я все-таки спокойно вернулся обратно. Никто не осудил бы меня, если бы я расстался с этой работой. Но отдав шесть лет службе на подводных лодках, я так и не увидел ни разу, что происходит за бортом под водой, а с помощью "Пайсиса" я своими глазами увидел дно. На глубине как 150 футов, так и 1500 всегда есть что-то интересное. Каждое погружение всегда чем - то отличается от предыдущих.

Очень быстро забылись неприятные эмоции, забылось даже ощущение дискомфорта внутри кабины, и пребывание в душной и влажной атмосфере стало казаться вполне терпимым. Представлялось, что восемь часов погружения пролетают быстро, и только во время всплытия, пожалуй, появляется желание выйти на свежий воздух.

В "Оушениксе" мы получили хорошую тренировку. Перед сдачей экзаменов на квалификацию пилота каждому пришлось выполнять различные функции: работать с канатами и управлять подъемным краном, обслуживать и проверять аппарат до и после погружения, управлять резиновой лодкой "джемини", в то время как кто-то из кандидатов в пилоты работал на борту аппарата при погружении. Очень быстро между пилотами складываются отношения, полные доверия. Каждый из восьми человек, управляющих аппаратом, прекрасно узнает другого. И это хорошо. Когда люди работают на глубине 1500, а может быть, даже 3000 футов, может произойти все что угодно.

Случай, который невозможно было предвидеть, и привел к чрезвычайному происшествию. Двое из нашей группы пилотов провели 84 часа, прижавшись друг к другу, в тесной сфере. Разные жизненные пути свели нас вместе, у каждого из нас свои интересы, но, если бы мы не работали тогда как сплоченный коллектив, двое пострадавших, возможно, никогда уже не поднялись бы на корабль.

ПОГРУЖЕНИЕ No 325

Во вторник к вечеру я порядком устал и поэтому вздохнул с облегчением, когда узнал, что первым пилотом на следующее погружение назначили Роджера Маллинсона. Он должен был готовить "Пайсис-3" к предстоящей работе под водой,к 325 погружению. Около аппарата несколько человек возились с манипулятором, его надо было разбирать.

Роджер заканчивал работу внутри сферы и иногда по их просьбе включал тот или иной привод манипулятора.