Грегори Фьюнаро

Когда остановились часы

Gregory Funaro

Watch Hollow

© 2019 by HarperCollins Publishers

© Моисеева Е. А., перевод на русский язык, 2022

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2022

* * *

И, как всегда, моей дочери

Пролог

Крысёнок по имени Фенниш Семь стремглав мчался к реке. Над опушкой леса, прямо над тоннелем из деревьев, на высоте примерно тридцати ярдов светила полная луна. Но Гарр уже догонял его.

– МНЕ НУЖЕН ТВОЙ СТРАХ, ФЕННИШ СЕМЬ! – ревел он.

Земля содрогалась от шагов великана – бум, бум, бум! – и вскоре послышался оглушительный треск ломающихся веток.

От страха Фенниш споткнулся и чуть было не упал, но быстро поднялся на ноги и побежал по засыпанной листьями тропинке. Он не осмеливался оглянуться назад: крысёнок был так напуган, что едва мог дышать.

– ТЕБЕ ОТ МЕНЯ НЕ СКРЫТЬСЯ, СЕМЬ! – снова крикнул великан: громоподобные шаги были всё ближе, и Фенниш прибавил скорость. Его сердце бешено стучало, а ноги свело от боли.

Двадцать ярдов – бум! Десять ярдов – бум, бум! – и наконец крысёнок вылетел из леса на поляну, залитую лунным светом. Он скатился по берегу реки и прыгнул в воду, но внезапно острые когти впились в его тело и подняли в воздух.

Это был предатель, огромный ворон по имени Темпус.

– Ай! – закричал Фенниш, пытаясь вырваться из когтей ворона, и тут лес задрожал от громкого каркающего смеха Гарра.

– ТЕПЕРЬ ТЫ МОЙ, СЕМЬ!

Фенниш Семь извивался и метался из стороны в сторону, но ворон поднимал его всё выше и выше. Наконец крысёнку удалось извернуться и вонзить зубы прямо в ляжку огромной птицы. Это была старая рана, ещё не успевшая как следует зажить после их первой схватки, и с оглушительным карканьем предатель выпустил Фенниша.

Фенниш вверх тормашками полетел в темноту, но прежде чем упасть в воду, успел заметить красные горящие глаза Гарра, которые с ненавистью смотрели на него из-за деревьев.

А потом его поглотила темнота.

Глава 1. Предложение мистера Куигли

Длинная чёрная машина принесла дождь. Или наоборот? Люси Тинкер не знала точного ответа, но в конце концов это не имело никакого значения. И машина, и дождь были тёмными.

Люси следила за машиной из витрины первого этажа папиного магазина, вглядываясь в промежуток между А и С в слове ЧАСЫ, как если бы нарисованные краской буквы были очками. Машина стояла на улице уже около пятнадцати минут. Именно столько же, скрестив ноги, сидела за окном и Люси в том самом месте, где раньше стояли большие каминные часы, которые папа продал накануне.

Если в тот день мимо часового магазина Тинкеров кто-нибудь и проходил, он мог подумать, что Люси тоже выставлена на продажу вместе с другими предметами. Конечно, там были и часы, но кроме них две китайские вазы, картина с изображением пуделя в балетной пачке и ржавая старая туба.

– Нет, пап, чтобы отделить дробь от целого, надо передвинуть запятую на две цифры, – поправил Оливер. Он помогал папе подводить баланс на стареньком ноутбуке за прилавком, и судя по всему, папа был не очень-то доволен.

– Хочешь сказать, мы потеряли шестьсот сорок долларов? Не шесть долларов и сорок центов?

– Это я ещё не учёл проценты по кредиту.

Мистер Тинкер застонал и обхватил голову руками.

– Я знал, что мне не надо было покупать эту тубу!

Оливер поймал взгляд Люси и пожал плечами. Он предупреждал папу, чтобы тот не занимался антиквариатом. Но папа его не послушал, и это ему дорого обошлось. Люси не знала точно, сколько он потерял, она только знала, что в этом году каждую неделю у них оставалось всё меньше денег на продукты.

Люси вздохнула и перевела взгляд на старые настенные часы с кукушкой. До закрытия магазина оставалось всего три минуты. Три рывка большой стрелки, и после этого – ку-ку! – её наказание подходило к концу. Вот чем вам грозила драка: пять дней тяжёлой работы в часовом магазине. И неважно, что драка произошла в последний учебный день и что Бетти Бигсби сама напросилась. Папа не желал ничего слушать. Папа никогда не слушал.

Люси не любила торчать в тесном папином магазинчике. Он был меньше остальных магазинов на их маленькой улочке, в нём пахло старыми башмаками, а постоянное тиканье часов сводило Люси с ума. Но такова жизнь, верно? Вам приходилось держать удар. И когда Бетти Бигсби дёрнула её за косичку и обозвала уродиной, которая живёт на продовольственные талоны, Люси несколько раз ударила её.

Люси снова перевела взгляд на машину за окном. Теперь ветер относил дождь в другую сторону, и она могла разглядеть за рулём силуэт мужчины.