Читаем Когда боги уходят полностью

— Потому что ты всё равно не поймешь, как действует, скажем, пулемет или гидравлический привод. Точно так же я не понимаю, как может действовать твой посох…

— У меня нет посоха.

— …Или браслеты, как действуют заклинания, почему кристаллический, стальной, песчаный или водяной драконы могут быть живыми; как боевой браслет усиливает опыт владения оружием, откуда…

— Кажется, я понял, что ты имеешь ввиду.

— Да? Ну тогда поделись.

— В каждом мире существует своя магия. В Арманнисе это посохи, браслеты, драконы, заклинания и так далее. В твоем мире — двигатели внутреннего сгорания, пулеметы, летающие куски металла. Я прав?

— В принципе, прав, — согласился Андрей. — Почему бы направленное движение заряженных частиц, зовущееся электрическим током, не причислить к разряду магических явлений? Или, скажем, расщепление ядер плутония и взрыв атомной бомбы…

— А что такое атомная бомба? — решил узнать Ланс.

— Такая штука, о которой лучше никогда не слышать.

— Но почему?

— У нас говорят: «меньше знаешь — лучше спишь», — ответил юноша.

— А у нас: «меньше знаешь — дольше живешь», — передразнил маг.

— Одно и то же, — махнул Андрей.

Помимо боевых мехов в транспортные аппараты загрузились пехотинцы в красных сервоприводных скафандрах, а за ними поспешили занять места огнеметчики со здоровенными канистрами за спиной. Последними зашли четыре девушки в белых бронескафандрах медицинской службы.

Андрей, Надя и Ланс заняли места рядом с иноизмерными бойцами. Гарни с родственниками решили с собой не брать, хоть те и упирались всеми конечностями во взлетную площадку, требуя незамедлительно научить их управлять транспортниками.

Пилот плавно поднял аппарат и лег на курс, который несколькими часами назад передали разведзонды, обнаружившие старую заброшенную шахту, которая вела в Подземелье. После трех месяцев бытия, когда самым лучшим, самым скоростным и, ко всему прочему, единственным средством передвижения являлся верный Лопасть, Андрей мгновенно вспомнил о преимуществах летательных аппаратов.

Через два с половиной часа пехотинцы, «голиафы», огнеметчики и медперсонал выгрузились у входа в шахту.

— Я был прав, когда говорил, что осадные танки в шахту не пройдут, — похвалил сам себя Сирак. — И авиация, само собой, отпадает, что не может не разочаровать.

— Думаете, нам не хватит сил?

— Кто его знает. Двенадцать «голиафов», пятьдесят шесть пехотинцев и восемь огнеметчиков, это, с одной стороны, большие силы, а с другой — всего лишь гарнизон маленькой базы.

— Я насчитал всего пятьдесят два красных шлема, — поспешил заметить Ланс.

— Плюс медики, — добавил полковник.

— Вы относите их к солдатам?

— Конечно. Они, как солдаты, участвуют в битвах, рискуют поймать пулю или снаряд, делают всё возможное для победы своих ребят. Медики в любой войне — те же солдаты, только используют они другую тактику.

Ланс не был согласен с офицером, но открывать полемику, слава богу, не стал.

К полковнику, облаченному в черный бронескафандр, отчего он стал на две головы выше Андрея и на полметра шире, подошел какой-то человек в легком защитном комбинезоне. За плечами у него была пушка сложной конструкции, а лицо скрывал шлем с двумя светящимися зеленым объективами приборов ночного видения.

— Разрешите приступить к разведке! — козырнул он.

— Приступайте, — кивнул Сирак, затем отдал несколько тихих команд по оперсвязи.

— Кто они такие? — спросил Андрей, увидев, как только что бывший здесь солдат присоединился к двум другим, внешне абсолютно похожим на него, и затрусил в сторону шахты.

— Мы называем их привидениями. Это опытные разведчики, которых обучают в специальных центрах по подготовке шпионов-диверсантов.

— А почему привидения? — удивился юноша, но полковник лишь попросил его понаблюдать за разведчиками.

Андрей присмотрелся и охнул, когда троица, едва достигнув входа в шахту, растворилась в воздухе.

— Они могут становиться невидимыми?

— Для большинства типов радаров, — согласился Сирак. — И даже для человеческих глаз. Хотя, скажу вам по секрету, если знать, что где-то рядом должно быть привидение, то заметить его становится проще, особенно когда оно движется.

Полковник благодаря своему скафандру, напичканному разными хитроумными системами, мог видеть глазами разведчиков, чем, собственно, и занимался. Андрей решил не отвлекать офицера.

Привидения преодолели спуск шахты и вышли под своды обширного грота.

— Шахта протяженностью тысяча триста два метра, под углом двадцать один градус к горизонту; опускается на глубину около четырехсот метров. Движения вероятного противника не зафиксировано. — Разведчики исправно сообщали о своих шагах, доводя до сведения прочих солдат все сколь нибудь значимые факты. — Вокруг масса сталактитов и сталагмитов. В тридцати метрах от спуска вижу озеро, спектральный анализ говорит, что оно состоит из воды с большим содержанием железа. В гроте царит туман, через который не очень хорошо видно; наверное, он плохо вентилируется воздухом с поверхности. Впереди вижу несколько ответвлений. Куда ведут, не…