Читаем Когда боги уходят полностью

Маг был прав в том, что «дракон» приближался, держа курс строго на путников. Плавно покачивались большие крылья, лениво поворачивался плоский хвост, когда требовалось подкорректировать движение с поправкой на ветер. Но по мере того, как «дракон» приближался, становилось видно, что на самом деле это вовсе не дракон, а… воздушный корабль? Да, воздушный корабль был бы самым подходящим названием для двадцатиметровой остроносой ладьи с деревянными крыльями, подвешенной на шести круглых кожаных шарах, оплетенных канатами.

— Похоже на дирижабль.

— Что такое дережабыль? — торопливо переспросил маг.

— Летающий корабль.

— Ух ты! Это, наверное, интересно! Но кто там капитан?

— Думаю, скоро мы это узнаем.

Не прошло и получаса, как дирижабль плавно опустился рядом с путниками. На землю, сгорая от восторга, спрыгнул не кто иной как Гарни, трактирщик из Ламара. Он радостно засеменил к людям, крича:

— Судари! Судари, это мы! Вы не представляете, какой изумительный вид открывается с высоты! Дух захватывает! Посмотрите на меня, я весь трясусь от страха!

Из-за борта выглядывали улыбающиеся физиономии родственников трактирщика — кузенов Ральфа и Фавора. Оба они что-то визжали.

— Как вы умудрились построить летающий корабль? — спросила Надя.

— Андрей нарисовал чертежи, когда был на приеме у мэра. По ним воссоздать судно оказалось несложно, — объяснил Гарни. — Возникли, правда, трудности с гелием, но один мой знакомый друг из Каргоса, алхимик по профессии, за умеренную плату согласился наполнить шары.

Юноша помнил, что рисовал на салфетке, когда объяснял понятия «планер» и «воздушный шар», но те кривые, чисто условные линии вряд ли можно было назвать чертежами. Тот, кто соорудил корабль, был, безусловно, башковитым человеком, если сумел простую идею воплотить в жизнь. Хотя, подумал Андрей не без гордости, иногда правильно поданная идея важнее любого изобретения.

— А земля-то круглая! — кричал Гарни. — Вы были правы, сударь, когда говорили, что она круглая! С высоты это отлично видать!

— Вы подоспели как раз вовремя. — Андрей указал в сторону обрыва.

— О, мы спешили изо всех сил! Один раз ко мне в трактир зашел какой-то странник и рассказал, что видел крепость Терраникс, окруженную самым глубоким в мире провалом. Провал появился в то время, когда крепость росла из-под земли, но это к слову. Мы быстро соорудили летающий корабль и поспешили к вам на подмогу, ведь даже у магов нет крыльев, не так ли? Трактиром пока поуправляет жена — мне давно пора было в отпуск… Кстати, а где многоуважаемый Родган? И Валиус?

— Они погибли, — сухо ответил Андрей.

— Ох, как жаль! — всплеснул руками Гарни, заливаясь краской. — Какой кошмар! Простите, но я не знал…

Все дружно помолчали, что было принято в такие моменты. Отдав честь павшим, Гарни сказал:

— Прошу пожаловать на борт, судари! Вы получите массу удовольствия и непередаваемые впечатления от нашей поездки… полета! Человек всегда мечтал летать, как птица, и вот, наконец, эта мечта сбылась! Отныне людям подвластна воздушная стихия!

— Магам она подвластна уже давно, — заметил Ланс.

— Я не о магии, а о настоящем полете.

Они оказались на палубе дирижабля. Ральф и Фавор, потные, уставшие, но до мозга костей счастливые, стояли на «веслах» — махали деревянными крыльями. С точки зрения Андрея, эта часть конструкции корабля была излишней, но он не стал делиться своими предположениями с капитаном, дабы не расстроить его или, чего доброго, даже обидеть.

— Полный вперед! — скомандовал Гарни и отвязал несколько мешков с песком. Дирижабль остался неподвижен. Тогда Гарни отвязал ещё несколько мешков, бормоча какие-то проклятия в адрес родственничков, которым по сто раз на рейс приспичит делать остановки…

Минут через двадцать удалось оторваться от земли. Корабль медленно стал подниматься над вершинами близ растущих деревьев и вскоре уже несся над пропастью к таинственной крепости.

— Выше! Выше! — кричал Гарни.

Ральф и Фавор отчаянно работали веслами, и корабль набирал высоту, устремившись к редким облакам. Обрыв, деревья, Терраникс остались далеко внизу. Вокруг был лишь воздушный океан, свежий боковой ветер, синева неба и сопение гребцов.

— Поглядите, какая чудеснейшая картина! — Гарни выпятил грудь и, опершись одной ногой о мешок с песком, приставил руку козырьком, вглядываясь вдаль.

— Фантастика! — прошептала Надя. — Никогда бы не подумала, что Арманнис с высоты птичьего полета настолько великолепен.

— Птицы не летают так высоко, сударыня, — авторитетнейшее заявил Гарни. — Мы дали фору всем пернатым, оставив их далеко внизу!

Полет продолжался ещё какое-то время, и все присутствующие испытывали смешанное чувство: с одной стороны, пейзаж был прекрасен и навевал романтическое настроение, а с другой — боязнь падения с огромной высоты до отечности в ногах.

— Давай снижаться, — сказал Андрей, когда крепость оказалась под кораблем.

Гарни стал приспускать гелий из шаров, и дирижабль пошел на снижение.

— Смотри, не спускай слишком много газа, а то свалимся им прямо на голову! — посоветовал Ланс.